Ситуация касается реализации права на получение пенсионного обеспечения в связи с гибелью супруга-военнослужащего в ходе специальной военной операции. Юридически значимыми фактами здесь выступают: статус вдовы погибшего военнослужащего, наличие у заявителя бессрочной III группы инвалидности, факт официального трудоустройства и получения собственной пенсии по инвалидности.
С правовой точки зрения возникли правоотношения по социальному обеспечению, связанные с гибелью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы в особых условиях. Затронуты нормы, регулирующие назначение пенсии по случаю потери кормильца членам семей погибших военнослужащих, а также правила одновременного получения нескольких видов пенсий.
Ключевой момент — отказ соцзащиты основан на утверждении, что работа заявителя препятствует назначению пенсии по потере кормильца. Однако для данной категории граждан (вдовы военнослужащих, погибших на СВО) факт трудовой деятельности, как правило, не является основанием для отказа, если заявитель относится к нетрудоспособным членам семьи. Наличие III группы инвалидности в данном контексте имеет решающее значение, так как подтверждает нетрудоспособность независимо от факта работы.
Также юридически значимо, что законодательство допускает одновременное получение пенсии по инвалидности и пенсии по случаю потери кормильца для определённых категорий граждан, включая вдов военнослужащих, погибших при исполнении. Следовательно, формальная позиция соцзащиты о невозможности назначения пенсии из-за работы противоречит установленному порядку для данной ситуации, а аналогичный случай со знакомой подтверждает, что правоприменительная практика может быть иной.