В рассматриваемой ситуации в рамках гражданского дела №2-4929/2026, находившегося в производстве Сургутского городского суда, состоялось предварительное судебное заседание 26.05.2026 г. На этом заседании суд в устной форме, без вынесения письменного определения и без ведения протокола, по собственной инициативе привлёк третье лицо. После этого, по утверждению истца, рассмотрение дела фактически началось заново. На следующий день, 27.05.2026 г., не вынося отдельного определения о назначении дела к судебному разбирательству в основном заседании и не исследуя иные доказательства, суд вынес решение, которым отказал в удовлетворении иска на основании ч. 6 ст. 152 ГПК РФ (в связи с истечением срока исковой давности без уважительных причин или с пропуском срока обращения в суд).
Юридически значимыми обстоятельствами в данной ситуации являются несколько процессуальных аспектов. Во-первых, сама процедура применения ч. 6 ст. 152 ГПК РФ. Данная норма допускает возможность принятия судом решения об отказе в иске в предварительном судебном заседании без перехода к рассмотрению дела по существу, если установлен факт пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд без уважительных причин. Однако для законности такого решения требуется, чтобы возражения стороны (истца) относительно пропуска срока были рассмотрены, а все необходимые для вывода о пропуске срока доказательства — исследованы, причём в рамках состязательной процедуры с предоставлением сторонам возможности высказать свою позицию.
Во-вторых, существенное значение имеет процедура привлечения третьего лица. По общему правилу, привлечение третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, оформляется определением суда, которое заносится в протокол судебного заседания. Отсутствие письменного определения и протокола о совершении этого процессуального действия ставит под сомнение его фиксацию, а также момент, с которого третье лицо считается вступившим в дело. Поскольку после привлечения нового участника процесса рассмотрение дела должно быть начато сначала (ч. 2 ст. 43 ГПК РФ), это подразумевает повторное проведение всех процессуальных действий, включая, как минимум, разъяснение прав и обязанностей лицу, вступающему в дело, и предоставление ему возможности ознакомиться с материалами дела. Проведение судебного заседания на следующий день после привлечения третьего лица лишило его процессуальной возможности реализовать свои права.
В-третьих, ключевое значение имеет несоблюдение процедуры перехода от предварительного судебного заседания к судебному разбирательству по существу. По смыслу ст. 152 ГПК РФ, если суд не принимает решение об отказе в иске на стадии предварительного заседания, он должен вынести определение о назначении дела к судебному разбирательству в основном заседании. Отсутствие такого определения, а также одновременное проведение предварительного и основного судебного заседаний без оформления процессуального перехода, создаёт неопределённость в отношении того, в каком именно режиме действовал суд. Кроме того, решение по ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, вынесенное без исследования всех собранных по делу доказательств (только по итогам предварительного заседания) и без учёта письменных возражений истца относительно срока, которые были поданы до вынесения решения, может свидетельствовать о том, что суд не дал оценку доводам истца и не реализовал в полной мере принцип состязательности.
Наконец, отсутствие ходатайств сторон об исследовании доказательств не освобождает суд от обязанности установить юридически значимые обстоятельства. Отказ в иске именно по мотиву пропуска срока требует бесспорного установления данного факта на основе исследованных доказательств. Если суд вынес решение, не исследовав доказательства истца и не обсудив его возражения, это указывает на формальный подход к разрешению дела. При этом тот факт, что суд начал рассматривать дело с участием третьего лица заново, а закончил его в следующем заседании отказом по формальному основанию, порождает вопросы о соблюдении права третьего лица на участие в деле, а также о возможности истца представлять свои доводы в условиях, когда судебное разбирательство фактически не состоялось.
В данном деле центральное место занимают нормы, регулирующие привлечение третьего лица и порядок отказа в иске в предварительном судебном заседании. Поскольку суд привлёк третье лицо по своей инициативе в устной форме, прежде всего необходимо обратиться к статье 43 ГПК РФ. В силу этой нормы третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, могут быть привлечены к участию в деле по инициативе суда, однако закон не конкретизирует форму такого привлечения (устную или письменную). Тем не менее, в данном случае суд не только не вынес письменного определения, но и не занёс факт привлечения в протокол предварительного заседания, который, как следует из обстоятельств, вообще не вёлся. Отсутствие протокола лишает возможности проверить, было ли разъяснено третьему лицу его права, а также не позволяет установить, с какого момента оно считается вступившим в дело. При этом согласно ст. 43 ГПК РФ третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, пользуется процессуальными правами и несёт обязанности стороны — но эти права не были реализованы ввиду нарушения процедуры. Дословно данная норма изложена в предоставленном контексте следующим образом:
Статья 43. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора 1. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе суда. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание
— Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 43
Применение ст. 43 к данной ситуации указывает на то, что привлечение третьего лица в устной форме без вынесения определения, без занесения в протокол и без обеспечения его права заявить возражения по существу спора является процессуальным нарушением, однако сама по себе эта норма не устанавливает обязанности суда после привлечения третьего лица повторно проводить предварительное заседание или выносить отдельный акт о переходе к основному разбирательству. Такие последствия вытекают из общих принципов процесса, в частности из того, что третье лицо должно иметь возможность ознакомиться с делом и представить свою позицию.
Далее, ключевой для решения суда является часть 6 статьи 152 ГПК РФ, которая гласит, что в предварительном судебном заседании при установлении факта пропуска срока исковой давности без уважительных причин суд может отказать в иске без исследования иных фактических обстоятельств, вынеся решение. Текст данной нормы не был предоставлен в составе контекста, поэтому его дословное содержание не может быть воспроизведено. Однако общеизвестно, что эта норма размещена в Главе 14 ГПК РФ, посвящённой предварительному судебному заседанию. В рассматриваемом деле суд вынес решение об отказе в иске именно на основании ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, и это решение было принято 27.05.2026 г., то есть на следующий день после даты, когда состоялось предварительное заседание (26.05.2026). При этом, как следует из фактических обстоятельств, возражения истца относительно пропуска срока исковой давности были представлены в письменном пояснении до вынесения решения, и стороны не заявляли ходатайств об исследовании доказательств. Согласно правовой природе ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, отказ в иске возможен только при условии, что суд достоверно установит факт пропуска срока давности при наличии возражений ответчика. В данном случае истец представил письменные возражения, которые суд, очевидно, не принял во внимание или не рассмотрел по существу, что является нарушением процессуального права на представление доказательств и доводов. Кроме того, отсутствие ходатайств сторон об исследовании доказательств само по себе не освобождает суд от обязанности оценить имеющиеся в деле материалы и учёт возражений истца. Таким образом, решение, вынесенное без исследования доводов истца о наличии уважительных причин пропуска срока, не соответствует требованиям ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, так как эта норма предполагает, что суд приходит к выводу о пропуске срока на основе исследования всех представленных доказательств и доводов.
Что касается отсутствия протокола предварительного судебного заседания и определения о переходе к основному разбирательству, то эти процессуальные акты регулируются иными статьями ГПК РФ (ст. 229, 230, 224), которые не были предоставлены в контексте. Ввиду отсутствия их текста можно лишь предположить, что они содержатся в Главе 15 и Главе 20 ГПК РФ. Судья, не обеспечив ведение протокола предварительного заседания, нарушил ст. 229 ГПК РФ, согласно которой ход судебного заседания фиксируется протоколом. Поскольку протокол не вёлся, невозможно проверить, было ли действительно привлечено третье лицо, разъяснены ли ему права, состоялся ли переход к рассмотрению дела по существу. В совокупности с устной формой привлечения третьего лица это является существенным нарушением процессуального закона, влекущим безусловную отмену решения (п. 6 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ — данная норма также не предоставлена, но она содержится в ГПК РФ). Аналогично, отсутствие определения о переходе к основному судебному разбирательству после привлечения третьего лица противоречит принципу состязательности и равноправия сторон, так как третье лицо должно было получить возможность участвовать в судебном заседании с самого начала. Поскольку дело, по заявлению суда, "начали рассматривать сначала" 26.05.2026, но при этом на следующий день уже было вынесено решение, можно сделать вывод, что третье лицо фактически было лишено права на полное и справедливое судебное разбирательство.
Таким образом, каждое из перечисленных процессуальных нарушений — привлечение третьего лица в устной форме без протокола, отсутствие протокола предварительного заседания, отсутствие определения о переходе к основному разбирательству, а также отказ в иске по ч. 6 ст. 152 ГПК РФ без учёта письменных возражений истца и без исследования доказательств — по отдельности и в совокупности свидетельствуют о незаконности вынесенного решения. Для полного обоснования в апелляционной жалобе следует указать на нарушение ст. 43 ГПК РФ, а также на то, что ч. 6 ст. 152 ГПК РФ не могла быть применена без надлежащего исследования вопроса о пропуске срока исковой давности при наличии возражений истца. Поскольку текст ч. 6 ст. 152 ГПК РФ не был предоставлен в контексте, его можно искать в официальном тексте ГПК РФ, размещённом в открытом доступе.
