В данной ситуации речь идет о договоре дарения квартиры, заключенном 11 лет назад. Фактически сторонами (дарителем — отцом и одаряемой — матерью) была достигнута договоренность о безвозмездной передаче в собственность именно квартиры как объекта недвижимости целиком, что подтверждается пунктом 1 договора с описанием полной площади и состава квартиры, а также последующей регистрацией перехода права собственности в Росреестре, где мать была зарегистрирована как единственный собственник всего объекта. Однако в пункте 3 договора допущена техническая опечатка: вместо фразы «указанную квартиру в дар от Дарителя принимает» написано «указанную долю квартиры в дар от Дарителя принимает». Это несоответствие между текстом пунктов договора (в одном пункте говорится о квартире в целом, в другом — о доле) порождает неопределенность относительно предмета сделки — того, что именно было подарено: целая квартира или только её часть (доля).
Юридически значимым является то, что договор дарения зарегистрирован Росреестром, и в ЕГРН на протяжении 11 лет мать значится единоличным собственником квартиры с прекращением права отца. Это свидетельствует о том, что регистрирующий орган при проведении правовой экспертизы документов в момент регистрации расценил волю сторон как направленную на отчуждение именно всей квартиры, а опечатку — как несущественную техническую ошибку, не влияющую на существо сделки. Наличие записи в ЕГРН о единоличной собственности одаряемой также подтверждает, что долевая собственность на этот объект не возникала — если бы опечатка трактовалась буквально, регистратор должен был бы указать мать как собственника доли, а отцу сохранить право на оставшуюся часть, чего не произошло.
Таким образом, правоотношения сторон, возникшие из договора дарения, касаются безвозмездного отчуждения квартиры (а не доли), что подтверждается длительным состоянием права, зафиксированным в публичном реестре. Опечатка в пункте 3 является формальным дефектом текста договора, который может быть квалифицирован как техническая ошибка, не затрагивающая действительную волю сторон при заключении сделки. Для правовой оценки ситуации важно, что данный дефект не привел к фактическому изменению объекта сделки — квартира осталась единым объектом права собственности одаряемой, и никаких прав третьих лиц на эту квартиру (например, зарегистрированных долей) не возникло.
С учетом того, что с момента заключения договора прошло 11 лет, для оценки возможного оспаривания сделки существенное значение имеют сроки исковой давности, которые в данном случае, скорее всего, истекли, однако это должно быть проанализировано отдельно с привязкой к конкретным основаниям для признания договора недействительным. Также важно отметить, что наличие опечатки само по себе не создает препятствий для регистрации последующих сделок с квартирой, так как Росреестр проверяет документы на соответствие ЕГРН, и с 2013 года (момента регистрации дарения) данные о собственнике (матери) и объекте (квартире) не оспаривались.