В рассматриваемой ситуации супруга пользователя находится на добровольной госпитализации в психиатрическом стационаре. Она устно выразила врачу намерение отказаться от лечения и выписаться, полностью осознавая последствия такого решения. Однако медицинское учреждение отказывается немедленно принять письменное заявление о выписке, мотивируя это необходимостью проведения психологического тестирования 1–2 июля, после которого будет решаться вопрос о возможности выписки.
Юридически значимым является характер госпитализации: она добровольная, что означает отсутствие судебного решения или постановления о недобровольной (принудительной) госпитализации. В таких правоотношениях пациент обладает правом в любой момент отказаться от медицинского вмешательства и покинуть стационар, если нет законных оснований для его удержания. Ключевым является принцип добровольного информированного согласия на медицинское вмешательство: раз согласие было дано добровольно, оно может быть так же свободно отозвано.
Правоотношения регулируются нормами, устанавливающими порядок оказания психиатрической помощи. При добровольной госпитализации пациент (или его законный представитель) заключает договор на оказание медицинских услуг, который может быть расторгнут в одностороннем порядке по инициативе пациента в любой момент. Отказ от лечения и требование о выписке должны быть оформлены в письменной форме. Медицинская организация обязана принять соответствующее заявление и в течение установленного срока (обычно 48 часов с момента подачи) обеспечить выписку пациента, если нет медицинских показаний для его недобровольного удержания (например, состояние, представляющее непосредственную опасность для самого пациента или окружающих).
Юридически значимым обстоятельством является отказ врачей принять заявление сейчас. Это может быть расценено как ограничение права пациента на свободу выбора медицинского вмешательства и на отказ от него. Проведение психологического тестирования не является законным основанием для задержки приема заявления — оно не должно предшествовать приему волеизъявления пациента, а может проводиться лишь в рамках оценки его состояния после фиксации отказа. Задержка с приемом заявления может быть квалифицирована как необоснованное воспрепятствование реализации прав пациента.
Также важно, что пользователь является супругом пациентки. Закон предоставляет супругам и другим близким родственникам право выступать в качестве представителей пациента в медицинских учреждениях при наличии согласия пациента или в случаях, когда пациент не может выразить свою волю самостоятельно. Однако в данной ситуации пациентка сама способна изъявить волю (она устно заявила врачу и осознает последствия), поэтому супруг не вправе подписывать заявление за нее без ее прямого поручения или доверенности. Вместе с тем, супруг может оказывать содействие в написании заявления, помогать с его оформлением, присутствовать при подаче и требовать от администрации больницы соблюдения процедуры.
Согласно ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на отказ от медицинского вмешательства. Это право носит абсолютный характер и не требует для своей реализации каких‑либо дополнительных условий со стороны медицинской организации. В рассматриваемой ситуации супруга пользователя, находясь на добровольной госпитализации, устно заявила врачу о желании отказаться от лечения и выписаться, при этом она осознавала последствия. Тем самым она реализовала своё право на отказ, предусмотренное данной нормой. Действия врача, который вместо немедленного оформления этого отказа назначает проведение психологических тестов на 1‑2 июля, фактически откладывая принятие заявления, не соответствуют закону, поскольку право пациента на отказ должно быть обеспечено незамедлительно, а не ставиться в зависимость от дополнительных обследований.
- Пациент имеет право на: ... 8) отказ от медицинского вмешательства;
— Федеральный закон от 21.11.2011 № 323‑ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 19
Далее, ч. 3 ст. 20 того же закона конкретизирует порядок реализации этого права: гражданин или его законный представитель вправе отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения. Закон не устанавливает обязательную письменную форму для такого заявления – устное волеизъявление пациента является юридически действительным, однако на практике для фиксации отказа и начала процедуры выписки обычно оформляется письменное заявление. В данном случае пациентка устно выразила отказ, и врач обязан был немедленно принять это заявление (как минимум зафиксировать его в медицинской документации) и начать процедуру прекращения медицинского вмешательства. Отказ врача принять заявление «сейчас» под предлогом предстоящих психологических тестов является необоснованным, так как ч. 9 ст. 20 (на которую есть отсылка) устанавливает исключения только для случаев, когда отказ может угрожать жизни других лиц или вызвать эпидемию, – таких обстоятельств из ситуации не усматривается. Следовательно, пациентка вправе потребовать прекращения лечения и выписки без каких‑либо дополнительных условий, и врач не может ставить реализацию этого права в зависимость от результатов психологического тестирования.
- Гражданин, один из родителей или иной законный представитель лица, указанного в части 2 настоящей статьи, имеют право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения, за исключением случаев, предусмотренных частью 9 настоящей статьи.
— Федеральный закон от 21.11.2011 № 323‑ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 20
Помимо специальных норм об охране здоровья, необходимо учитывать общие положения Гражданского кодекса о нематериальных благах. Статья 150 ГК РФ относит к числу нематериальных благ жизнь и здоровье, личную неприкосновенность, свободу передвижения. Добровольная госпитализация основана на согласии пациента, и как только это согласие отозвано (в данном случае устным отказом), любое дальнейшее удержание пациента в стационаре без его воли посягает на указанные блага, в том числе на свободу передвижения и личную неприкосновенность. Проведение психологических тестов в течение 1‑2 июля при наличии явно выраженного отказа от лечения не может быть оправдано необходимостью защиты этих благ, если только нет объективных данных о том, что пациентка представляет опасность для себя или окружающих (что из описания ситуации не следует). Даже если такие данные появились, они должны быть зафиксированы немедленно, а не через плановое обследование. Таким образом, отказ врача принять заявление и задержка выписки на несколько дней под видом «тестирования» могут быть квалифицированы как нарушение личных неимущественных прав пациентки, подлежащих защите в соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 150 ГК РФ.
- Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
- Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий эт
— Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 150
В представленном контексте отсутствуют нормы специального Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (№ 3185‑1), который непосредственно регулирует порядок добровольной госпитализации, отказа от лечения и выписки из психиатрического стационара. Для полного правового анализа необходимо обратиться к этому закону, в частности к его ст. 4, 5, 33 и 37. В них установлено, что пациент, добровольно находящийся в психиатрическом стационаре, вправе в любое время отказаться от лечения и требовать выписки, за исключением случаев, когда по результатам освидетельствования установлены основания для недобровольной госпитализации (непосредственная опасность для себя или окружающих, беспомощность, существенный вред здоровью вследствие ухудшения состояния без помощи). Освидетельствование должно проводиться незамедлительно при возникновении сомнений в состоянии пациента, а не откладываться на два дня. Таким образом, если врачи не обнаружили признаков, дающих право на недобровольное удержание, отказ в принятии заявления является незаконным. Пациентка вправе обжаловать такие действия через главного врача, орган управления здравоохранением или прокуратуру, а также требовать возмещения вреда, причинённого незаконным ограничением свободы.
Что касается прав представителя (супруга): из буквального смысла ч. 3 ст. 20 323‑ФЗ следует, что право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения принадлежит лично гражданину либо его законному представителю (родителю несовершеннолетнего, опекуну недееспособного). Поскольку супруга пользователя дееспособна, супруг не является её законным представителем и не вправе подавать заявление об отказе от лечения от её имени без нотариальной доверенности. Однако он имеет право обратиться в медицинскую организацию с письменным обращением (жалобой) о нарушении прав пациентки, посетить её в установленные часы, а также после выписки подать иск о компенсации морального вреда за незаконное удержание, если таковое будет доказано.
