Проведение банком РФ операций с криптовалютой для ВЭД через криптоброкера в Беларуси: кто платит налоги при конвертации USDT?

Анализ ситуации
В данной ситуации рассматривается правоотношение, связанное с проведением российским банком (не имеющим статуса профессионального участника рынка ценных бумаг) операций с цифровой валютой (криптовалютой USDT) по поручению клиентов, осуществляющих внешнеэкономическую деятельность (ВЭД), с привлечением белорусского криптоброкера, имеющего соответствующую лицензию. Юридически значимыми элементами являются: (1) природа расчетов с использованием криптовалюты (USDT) в контексте валютного и налогового законодательства РФ; (2) правовой статус участников (российский банк, клиент-резидент РФ, белорусский брокер); (3) процедура конвертации USDT в фиатные деньги (рубли или иностранную валюту) и обратно; (4) квалификация операций для целей налогообложения каждой из сторон. С точки зрения налогового законодательства, ключевым является факт получения дохода от операций с цифровой валютой. Для целей Налогового кодекса РФ такая деятельность может рассматриваться как доход, облагаемый налогом на прибыль (для юридических лиц) или налогом на доходы физических лиц (НДФЛ) в зависимости от субъекта. При этом в отношении операций с цифровыми валютами действует специальный режим налогового декларирования (факт получения дохода и его размер должны быть заявлены в декларации). С точки зрения валютного законодательства, использование криптовалюты для расчетов по ВЭД не признается официальной валютной операцией, что влечет за собой риски признания сделок ничтожными или несоблюдения правил репатриации выручки. В части конвертации USDT в фиат, юридическое значение имеет момент определения дохода или расхода (курсовых разниц) при такой конвертации, который, по общему правилу, возникает на дату перехода права собственности на цифровую валюту. Отсутствие у банка статуса профессионального участника рынка ценных бумаг юридически значимо, так как операции с криптовалютой могут быть квалифицированы как незаконная профессиональная деятельность на рынке ценных бумаг (если USDT признается цифровым финансовым активом или ценной бумагой по российскому праву, хотя на данный момент это не так, но риски сохраняются) или как нарушение банковского и валютного регулирования, включая лицензионные требования. Следовательно, спорные моменты касаются правильности квалификации криптовалюты (актив, имущественное право, иное), определения момента возникновения дохода/расхода, обязательства по декларированию и уплате налогов, а также соблюдения банком и клиентами требований валютного и лицензионного законодательства.

В соответствии со статьей 1, частью 3 Федерального закона «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», криптовалюта USDT признается цифровой валютой. Это означает, что все операции с ней подпадают под правовой режим, установленный данным Законом, а не под регулирование валютных ценностей или ценных бумаг. Применительно к ситуации это квалифицирует USDT как неденежное средство, которое не является рублем, иностранной валютой или цифровым финансовым активом.

Цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.
— Федеральный закон «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ст. 1, ч. 3

Российский банк вправе выступать техническим посредником при проведении клиентских операций с USDT через лицензированного белорусского криптоброкера, если не становится титульным владельцем цифровой валюты ни на одном из этапов. Налоговые обязательства банка ограничены уплатой налога на прибыль с полученного комиссионного вознаграждения, тогда как обязанность по исчислению и уплате налога с дохода от операций с криптовалютой и её конвертации лежит непосредственно на клиенте-резиденте. Отсутствие статуса профессионального участника рынка ценных бумаг не создает рисков в описанной схеме, поскольку USDT не относится к ценным бумагам или цифровым финансовым активам, однако критически важно соблюдение валютного контроля по фиатным переводам и полное исключение факта принятия банком цифровой валюты в качестве встречного предоставления.

Рекомендуемые действия

• Исключить зачисление USDT на любой банковский криптокошелек, обеспечив прямые переводы между кошельком клиента и кошельком белорусского брокера либо используя технический транзитный адрес, не предоставляющий банку права распоряжения цифровой валютой.
• Заключить с клиентом рамочный агентский договор, в котором прямо указать, что банк действует исключительно как технический посредник, не приобретает права на цифровую валюту и не осуществляет обменные операции от своего имени.
• Внедрить внутренний регламент фиксации каждой конвертации USDT в фиат и обратно: дата, время, курс, объём цифровой валюты и сумма полученных фиатных средств — с передачей этих данных клиенту для корректного расчёта налоговой базы.
• До проведения фиатного перевода в адрес нерезидента запрашивать у клиента пакет документов валютного контроля: внешнеторговый контракт, паспорт сделки (при пороговой сумме), таможенные декларации, инвойсы — и проверять их на соответствие требованиям валютного законодательства.
• При выплате клиенту — физическому лицу фиатных средств, полученных от продажи USDT, выполнить функции налогового агента по НДФЛ: удержать налог по ставке 13–15% и перечислить в бюджет, а при невозможности удержания — направить сообщение в налоговый орган по форме 2-НДФЛ.
• Провести юридический аудит всей цепочки движения USDT на предмет возможной квалификации действий банка как «принятия цифровой валюты» (например, при временном зачислении на внутрибанковском учёте) и при необходимости доработать IT-контур, чтобы исключить даже краткосрочное отражение криптоактива на балансе банка.
• Организовать для клиентов памятку о самостоятельной обязанности декларирования дохода от операций с цифровой валютой (срок — до 30 апреля следующего года для физических лиц) и уплаты налога (до 15 июля), чтобы минимизировать взаимные претензии.

Документы и доказательства

• Заверенная копия лицензии белорусского криптоброкера на осуществление операций с цифровыми валютами.
• Агентский договор между банком и клиентом с детальным описанием порядка обмена и фиксацией комиссионного вознаграждения банка исключительно в фиате.
• Платёжные поручения на фиатные переводы с указанием назначения платежа, отсылающего к агентскому договору, без упоминания криптовалюты.
• Скриншоты или логи криптобиржевого шлюза, подтверждающие, что средства в USDT переводились напрямую от клиента (или с технического кошелька клиента) брокеру без статуса владения банка.
• Письменные запросы банка клиентам о предоставлении документов валютного контроля и ответы клиентов с приложением внешнеторгового контракта и товаросопроводительных документов.

Сроки и риски

• Основной налоговый риск для банка — доначисление налога на прибыль со всей суммы оборота по криптооперациям, если налоговый орган переквалифицирует комиссионную модель в дилерскую (купля-продажа от своего имени). Срок давности по таким доначислениям составляет три года с момента окончания налогового периода.
• Риск привлечения к административной ответственности по статье 15.25 КоАП РФ за нарушение валютного законодательства клиентом может затронуть и банк как агента валютного контроля, если будет установлено, что банк не запросил или не проверил документы. Срок давности — два года.
• При фактическом зачислении USDT на счёт банка (даже технический) существует риск признания сделки ничтожной как противоречащей части 5 статьи 14 Федерального закона «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте…», что может привести к отзыву операций и судебным спорам с клиентами в пределах общего трёхлетнего срока исковой давности.

Когда нужен адвокат

• Если налоговый орган назначит выездную или камеральную проверку, в рамках которой запрашиваются документы по операциям с криптовалютой и ставится вопрос о переквалификации доходов банка.
• При получении предписания или запроса от Банка России либо Росфинмониторинга с указанием на возможное нарушение запрета на принятие цифровой валюты или на признаки незаконной предпринимательской деятельности.
• В случае блокировки счетов банка в рамках применения мер валютного контроля со стороны уполномоченного органа или возбуждения дела об административном правонарушении по статьям 15.25 или 14.1 КоАП РФ.
• Если клиент инициирует судебный спор о возмещении убытков, ссылаясь на неисполнение банком обязанностей налогового агента или неверную фиксацию курса конвертации, повлекшую налоговые доначисления для клиента.