Ситуация заключается в необходимости юридического подтверждения происхождения ребенка от умершего гражданина для реализации наследственных прав. Правоотношения, затронутые в данном случае, относятся к сфере наследственного права (возникновение права на обязательную долю в наследстве у ребенка и, как следствие, определение круга наследников) и семейного права (установление отцовства в отношении ребенка, родившегося вне брака). Юридически значимым является тот факт, что предполагаемый отец (сын заявительницы) умер, и процедура установления отцовства в отношении его дочери возможна исключительно в судебном порядке, так как добровольное признание отцовства после смерти невозможно.
Ключевым обстоятельством является то, что для возникновения у девочки наследственных прав необходимо сначала установить факт признания отцовства или сам факт отцовства. Поскольку сын заявительницы не состоял в браке с матерью девочки и, по-видимому, не оставил записи акта гражданского состояния о признании отцовства (в противном случае вопрос бы не возник), единственным путем является обращение в суд с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение (факта признания отцовства), либо с иском об установлении отцовства после смерти лица.
Наличие переписки, в которой сын признает ребенка своим, а также квитанции о переводах алиментов являются прямыми доказательствами того, что при жизни он признавал себя отцом девочки и добровольно нес обязанности по ее содержанию. Это обстоятельство существенно отличает ситуацию от случаев, когда отцовство не признавалось. В данной ситуации процессуальная цель будет состоять в том, чтобы суд подтвердил, что умерший при жизни признавал себя отцом ребенка, что дает основание для внесения записи об отце в актовую запись о рождении.
Возможность проведения посмертной генетической экспертизы (ДНК) в данном случае ограничена: для ее проведения требуется биологический материал умершего. В случае смерти на СВО тело может быть не найдено или не подлежать идентификации, либо захоронение уже произведено, и эксгумация для забора образцов — крайняя мера, требующая отдельного судебного разрешения. Кроме того, ДНК-тест может быть проведен с использованием вещей умершего (например, с места его проживания, личных предметов) по согласию заявителя и с разрешения суда, однако это технически сложно и не всегда возможно. Однако, как указывает сам вопрос, сын уже проходил ДНК-экспертизу по другим детям (результаты которых оказались отрицательными); это создает прецедент готовности к такой процедуре, но не упрощает её проведение посмертно.
Юридически значимо также то, что мать ребенка (наследник второй очереди) или сама девочка (наследник первой очереди) могут быть заинтересованы в установлении отцовства и вступлении в наследство. Если они этого не сделают, инициативу может проявить бабушка (мать умершего), как в данном случае, действуя в интересах несовершеннолетней внучки или опираясь на свой собственный интерес как наследника одной из очередей.
Таким образом, ситуация представляет собой сложный юридический казус, где требуется судебное доказывание факта признания отцовства (или самого отцовства) со стороны умершего, и ключевая роль отводится не генетической экспертизе, а совокупности письменных доказательств, свидетельствующих о его воле и действиях по признанию ребенка.