В данной ситуации затронуты правоотношения в сфере социального обеспечения, связанные с гибелью военнослужащего — участника специальной военной операции, и семейного права, касающиеся юридического статуса детей после усыновления.
Ключевой фактический и юридический парадокс состоит в том, что биологический (кровный) отец детей погиб при исполнении обязанностей военной службы в зоне СВО, однако юридически (то есть по документам) они не являются его детьми. После усыновления отчимом, согласно законодательству, дети приравниваются к родным детям усыновителя, а все юридические связи с биологическим отцом (в том числе права и обязанности, вытекающие из родства) прекращаются. В свидетельстве о рождении детей в графе «отец» значится отчим, а не погибший военнослужащий.
Юридически значимым является не факт кровного родства (поскольку оно прервано актом усыновления), а формальное юридическое положение детей: они считаются детьми усыновителя (отчима) и не являются по закону детьми погибшего. Именно на этом основании органы социальной защиты отказывают в назначении выплат, предусмотренных для членов семей погибших военнослужащих (например, единовременного пособия, ежемесячных компенсаций и иных мер поддержки, установленных для детей погибших участников СВО).
Таким образом, суть спора — конфликт между формальным юридическим статусом детей (не являющихся по документам детьми погибшего) и фактическим обстоятельством их кровного родства с погибшим. Для оценки законности отказа необходимо определить, распространяются ли нормативные акты, регулирующие выплаты в связи с гибелью участника СВО, только на лиц, официально признаваемых его детьми на момент смерти (с учётом состоявшегося усыновления), либо учитывается иное фактическое или кровное родство.
Центральное значение для разрешения вопроса о праве детей на выплаты в связи с гибелью биологического отца имеет статья 137 Семейного кодекса РФ, определяющая правовые последствия усыновления. Поскольку дети были усыновлены отчимом, они утратили имущественные и личные неимущественные права по отношению к своему биологическому отцу. Это означает, что с момента вступления решения суда об усыновлении в законную силу дети юридически перестали быть членами семьи погибшего военнослужащего. Следовательно, для целей социальной поддержки, включая выплаты, связанные с гибелью кормильца, они не могут рассматриваться как его дети. Исключение составляет ситуация, предусмотренная пунктом 3 той же статьи, когда при усыновлении одним лицом права по отношению к родителю другого пола могут быть сохранены по желанию матери (если усыновитель — мужчина). В рассматриваемой ситуации усыновителем является отчим (мужчина), и мать детей, по-видимому, жива. Если при усыновлении суд по её просьбе не сохранил за детьми правовую связь с биологическим отцом, то утрата прав является полной. Факт гибели отца на СВО сам по себе не восстанавливает эту связь.
- Усыновленные дети и их потомство по отношению к усыновителям и их родственникам, а усыновители и их родственники по отношению к усыновленным детям и их потомству приравниваются в личных неимущественных и имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению.
- Усыновленные дети утрачивают личные неимущественные и имущественные права и освобождаются от обязанностей по отношению к своим родителям (своим родственникам).
- При усыновлении ребенка одним лицом личные неимущественные и имущественные права и обязанности могут быть сохранены по желанию матери, если усыновитель — мужчина, или по желанию отца, если усыновитель — женщина.
- Если один из родителей усыновленного ребенка умер, то по просьбе родителей умершего родит
— Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ, ст. 137
Положения Федерального закона «О статусе военнослужащих» устанавливают круг лиц, имеющих право на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего. Согласно статье 24 этого закона, право на денежную компенсацию имеют супруга (супруг), а при её (его) отсутствии — проживавшие совместно с военнослужащим совершеннолетние дети, а также законные представители (опекуны, попечители) либо усыновители несовершеннолетних детей указанного военнослужащего. Из буквального смысла нормы следует, что получателями выплат могут быть сами несовершеннолетние дети погибшего, но если они являются несовершеннолетними, то их интересы представляют законные представители или усыновители. Однако ключевое условие — это дети указанного военнослужащего, то есть лица, которые юридически признаются его детьми. В силу статьи 137 СК РФ дети, усыновленные отчимом, перестают быть детьми погибшего биологического отца. Таким образом, они не подпадают под категорию «дети указанного военнослужащего» в смысле данной нормы, и основания для назначения им выплаты отсутствуют.
1.1. В случае гибели (смерти) военнослужащего ... супруга (супруг), при ее (его) отсутствии проживавшие совместно с указанным военнослужащим совершеннолетние дети, законные представители (опекуны, попечители) либо усыновители несовершеннолетних детей (инвалидов с детства независимо от возраста) указанного военнослужащего и лица, находившиеся на иждивении указанного военнослужащего ... в равных долях ... имеют право на получение: денежной компенсации, предусмотренной ...
— Федеральный закон от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», ст. 24
Запись усыновителя в качестве отца в книге записей рождений, произведенная на основании судебного решения, окончательно закрепляет юридическое родство между детьми и отчимом. Согласно статье 136 СК РФ, такая запись делается по просьбе усыновителей и влечет те же правовые последствия, что и происхождение от данного лица. В свидетельстве о рождении детей отцом указан отчим, а не погибший биологический отец. Следовательно, для всех правоотношений, включая социальное обеспечение, законным отцом является усыновитель. Документ о гибели биологического отца не может изменить этого статуса без специальной процедуры отмены усыновления.
- По просьбе усыновителей суд может принять решение о записи усыновителей в книге записей рождений в качестве родителей усыновленного ими ребенка.
- Для совершения такой записи в отношении усыновленного ребенка, достигшего возраста десяти лет, необходимо его согласие, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 132 настоящего Кодекса.
- О необходимости производства такой записи указывается в решении суда об усыновлении ребенка.
— Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ, ст. 136
Наконец, статья 47 СК РФ устанавливает базовый принцип: права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении, удостоверенном в установленном законом порядке. Юридическим подтверждением происхождения детей от отца является запись в книге актов гражданского состояния. В данном случае происхождение от погибшего биологического отца не удостоверено — в свидетельстве о рождении записан отчим. Таким образом, дети не являются его детьми с точки зрения семейного законодательства, и отсутствует сама правовая основа для распространения на них льгот, связанных с гибелью этого лица.
Права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке.
— Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ, ст. 47
Совокупный анализ приведенных норм показывает, что усыновление отчимом полностью прекратило правовую связь детей с биологическим отцом. Выплаты, предусмотренные статьей 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих», могут быть назначены только лицам, являющимся членами семьи погибшего военнослужащего по закону. Поскольку дети таковыми не являются, отказ органов социальной защиты формально соответствует закону. Единственным возможным исключением могло бы служить сохранение правовой связи с биологическим отцом по желанию матери при усыновлении (пункт 3 статьи 137 СК РФ), однако в описанной ситуации такое сохранение не упоминается и, вероятно, не производилось.
