В центре ситуации находится конфликт между фактом лишения матери родительских прав в отношении сына, совершённым много лет назад, и её притязанием на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца в связи с гибелью этого сына, который на момент смерти являлся совершеннолетним военнослужащим, не находившимся у неё на иждивении и фактически не поддерживавшим с ней отношения.
Юридически значимым обстоятельством выступает лишение родительских прав, которое в силу прямого указания закона влечёт за собой утрату родителем всех прав, основанных на факте родства с ребёнком, но не освобождает от обязанностей по его содержанию. Ключевой вопрос заключается в том, распространяется ли данное правовое последствие на отношения, связанные с пенсионным обеспечением после смерти совершеннолетнего ребёнка, не находившегося на иждивении матери, а также влечёт ли лишение прав автоматическую утрату права на получение пенсии по случаю потери кормильца.
Правоотношения по назначению и выплате пенсии по случаю потери кормильца регулируются специальным законодательством, которое определяет круг лиц, имеющих право на такую пенсию, и условия её назначения. Для родителей погибшего кормильца одним из обязательных условий, как правило, является нахождение на его иждивении или наличие стойкой утраты трудоспособности. Однако для родителей, лишённых родительских прав, законодательством установлены дополнительные ограничения, которые прямо исключают их из числа лиц, имеющих право на пенсию по случаю потери кормильца, независимо от их фактического материального положения и состояния здоровья, если только не будет доказано, что они проживали совместно с ребёнком и находились на его иждивении до его смерти. При этом факт лишения родительских прав не утрачивает своего правового значения и после достижения ребёнком совершеннолетия.
В рассматриваемой ситуации мать не проживала совместно с сыном, не находилась на его иждивении, а сам сын был совершеннолетним военнослужащим, что исключает и возможность нахождения матери на его иждивении в силу специфики статуса кормильца. Ссылка органов социальной защиты на лишение родительских прав является юридически значимой и соответствует установленному порядку. Наличие записи о материнстве в документах о гибели само по себе не порождает право на пенсию, так как для этого необходимо соответствие всем условиям, предусмотренным пенсионным законодательством, включая отсутствие факта лишения родительских прав.
Таким образом, суть спора сводится к коллизии между формальным юридическим статусом матери (лишённая родительских прав) и её фактической ролью в жизни погибшего сына. Для разрешения этого спора необходимо установить, применима ли норма об ограничении права на пенсию для родителей, лишённых родительских прав, к случаям, когда смерть кормильца наступила спустя длительное время после совершеннолетия, при отсутствии иждивения и совместного проживания, а также какова правовая природа этой нормы и её соотношение с конституционными принципами социального обеспечения.
Согласно статье 71 Семейного кодекса Российской Федерации, родители, лишенные родительских прав, утрачивают все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены этих прав. В данной ситуации мать была лишена родительских прав в отношении сына, когда ему было 10 лет, и это решение суда не отменено и не оспорено. Утрата прав, основанных на факте родства, означает, что для целей социального обеспечения, в том числе для получения пенсии по случаю потери кормильца, она не может рассматриваться как член семьи умершего. Несмотря на то, что сын погиб в зоне СВО и в документах она указана как мать, лишение родительских прав прекращает правовую связь, порождающую такие имущественные последствия. Именно поэтому органы соцзащиты отказывают в назначении пенсии — они следуют прямому указанию закона.
Родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (
— Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ, ст. 71
В силу статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца. Для родителей, как и для супруга, сделано исключение: пенсия назначается независимо от того, состояли ли они на иждивении умершего. Однако ключевое условие — они должны быть именно членами семьи умершего. Лишение родительских прав аннулирует этот статус по отношению к ребенку, что подтверждается нормой Семейного кодекса. Поскольку мать перестала считаться членом семьи своего сына в правовом смысле, она не входит в круг лиц, которым может быть назначена пенсия по данному основанию. Факт раздельного проживания и отсутствия общения в течение нескольких лет в данном случае не имеет самостоятельного значения, так как решающим является лишение родительских прав, которое само по себе исключает возможность признания её членом семьи.
Право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пунктах 2 и 2.1 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.
— Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», ст. 10
Статья 8 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» регулирует назначение пенсий членам семей погибших военнослужащих. Однако в предоставленном контексте эта норма приведена не в полном объеме — она обрывается и не содержит перечня условий для членов семьи военнослужащего. Вместе с тем общий принцип единства правового регулирования предполагает, что определение круга лиц, имеющих право на пенсию по случаю потери кормильца из числа военнослужащих, должно соответствовать семейному законодательству. Поскольку Семейный кодекс исключает лишенных родительских прав из числа лиц, обладающих правами, основанными на родстве, они не могут быть признаны членами семьи погибшего военнослужащего и для целей государственного пенсионного обеспечения. Полный текст данной нормы следовало бы искать в действующей редакции Федерального закона № 166-ФЗ, а также в Законе РФ от 12.02.1993 № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу…».
… (продолжение цитаты ст. 8 в контексте отсутствует, но фрагмент указывает на её тематику:)
Пенсия по инвалидности назначается военнослужащим, ставшим инвалидами в период прохождения им
— Федеральный закон от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», ст. 8
Статья 87 Семейного кодекса закрепляет обязанность совершеннолетних детей содержать своих нетрудоспособных родителей. Однако эта обязанность производна от наличия родительских прав. Лишение родительских прав прекращает взаимные алиментные обязательства, что прямо вытекает из статьи 71 СК РФ. В данном случае мать, будучи лишенной прав, не могла бы требовать содержания от сына при его жизни. Следовательно, она не может претендовать и на пенсию, которая по своей правовой природе является формой замещения утраченного содержания от кормильца.
Трудоспособные совершеннолетние дети обязаны содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них.
— Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ, ст. 87
Таким образом, отказ органов соцзащиты является правомерным. Лишение родительских прав влечёт безусловную утрату права на пенсию по случаю потери кормильца, поскольку это право основано на факте родства, которое законодатель считает прекращённым для целей, предусмотренных статьёй 71 СК РФ. Возраст сына (28 лет), его раздельное проживание и длительное отсутствие общения не влияют на этот вывод — решающим обстоятельством является именно вступившее в законную силу решение суда о лишении матери родительских прав. Судебная практика, в том числе разъяснения Верховного Суда РФ, последовательно придерживается позиции, что родители, лишенные родительских прав, не входят в круг лиц, имеющих право на страховую пенсию по случаю потери кормильца (см., например, Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2016), вопрос 10).
