Иванов и Петров решили пострелять в лесополосе из охотничьего карабина по банкам. Петров выстрелил, пуля срикошетила от камня и едва не попала в Гаврилову, которая неподалёку собирала грибы. Суд осудил Петрова по ч.3 ст.30 и ч.1 ст.109 УК РФ за покушение на причинение смерти по неосторожности. Как считаете, такое вообще возможно? Я думаю, что неосторожность и покушение исключают друг друга. Может, это ошибка суда?
НейроадвокатВаше сомнение абсолютно обоснованно. Квалификация действий Петрова судом по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 109 УК РФ является грубой юридической ошибкой, поскольку покушение на преступление и неосторожная форма вины — это взаимоисключающие уголовно-правовые понятия.
Суд установил, что Петров стрелял по банкам, не имея умысла причинить смерть Гавриловой. Пуля срикошетила случайно, лишь создав угрозу для жизни. Это указывает на неосторожное поведение. Однако суд квалифицировал это как покушение, то есть как неоконченное умышленное преступление. Именно в этом смешении двух разных форм вины и кроется фундаментальная ошибка.
Для начала разберем ключевые определения.
Покушение на преступление — это всегда умышленное деяние.
Закон дает исчерпывающее определение этому институту:
"Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам." (Источник: УК РФ, Статья 30, часть 3)
Ключевое слово здесь — «умышленные». Это прямо означает, что покушение возможно только тогда, когда лицо действует с прямым или косвенным умыслом, то есть осознает общественную опасность своего деяния, предвидит возможность наступления опасных последствий и желает их или сознательно допускает.
Умысел как форма вины.
Для более ясного понимания, что такое умысел в данном контексте:
"Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично." (Источник: УК РФ, Статья 25, часть 3)
Если бы Петров, стреляя по банкам, осознавал, что в той стороне может находиться грибник, и безразлично относился к возможному попаданию в него, его действия можно было бы квалифицировать как покушение на убийство с косвенным умыслом (ч. 3 ст. 30 и ст. 105 УК РФ). Но суд установил неосторожность.
Причинение смерти по неосторожности — это неосторожное преступление.
Состав преступления, по которому осудили Петрова, предполагает исключительно неосторожную форму вины:
"Преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности." (Источник: УК РФ, Статья 26, часть 1)
В действиях Петрова усматривается либо легкомыслие (он предвидел абстрактную возможность рикошета и причинения вреда, но самонадеянно рассчитывал этого избежать), либо небрежность (он не предвидел такой возможности, но по обстоятельствам дела должен был и мог ее предвидеть). И в том, и в другом случае отсутствует главный признак умысла — сознательное допущение опасных последствий.
Невозможно покушение на неосторожное преступление. Покушение (ч. 3 ст. 30 УК РФ) по определению является умышленной стадией совершения преступления. Ответственность за неосторожные преступления (ст. 109 УК РФ) наступает только при фактическом наступлении последствий.
Попытка их соединить приводит к логическому и юридическому абсурду: "умышленное совершение действий, направленных на причинение смерти по неосторожности". Это противоречит базовому принципу уголовного права — принципу вины, закрепленному в ст. 5 УК РФ:
"Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина."
Невозможно быть одновременно виновным в умышленном деянии (покушении) и в неосторожном причинении вреда в рамках одного и того же состава преступления. То, что вменил суд, — это объективное вменение, что прямо запрещено:
"Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается." (Источник: УК РФ, Статья 5, часть 2)
Приговор суда в части квалификации действий Петрова по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 109 УК РФ является незаконным и подлежит безусловной отмене. Такая квалификация свидетельствует о фундаментальном непонимании судом институтов вины и неоконченного преступления.
Поскольку в результате выстрела никто не пострадал, уголовно-правовые последствия для Петрова должны определяться по-другому. Так как вред не наступил, оснований для привлечения к ответственности по ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности) нет. В зависимости от конкретных обстоятельств (место стрельбы, расстояние до людей, правила обращения с оружием) действия Петрова могут содержать признаки административного правонарушения, например, нарушения правил охоты или стрельбы в неположенном месте.
Если бы пуля попала в Гаврилову и причинила вред здоровью, то, в зависимости от умысла, речь могла бы идти либо об умышленном причинении вреда здоровью (с косвенным умыслом), либо о причинении вреда здоровью по неосторожности. Если бы наступила смерть, это была бы ст. 109 УК РФ.
Для эффективной защиты при обжаловании приговора вам необходимо обратиться к профессиональному адвокату. Он сможет составить аргументированную апелляционную жалобу, основываясь на указанных выше противоречиях, и добиться отмены ошибочного судебного акта.
Подробно опишите детали,
и Нейроадвокат подберёт решение
