Можно ли привлечь системного администратора к уголовной ответственности за удаление архивных баз данных с коммерческой тайной, если он подтвердил факт удаления

Исключение состава ч. 1 ст. 272 УК РФ при правомерном служебном доступе

Определяющим для квалификации по ст. 272 УК РФ является признак неправомерности доступа. Пленум ВС прямо раскрывает, что неправомерным доступ признаётся лишь тогда, когда лицо не имело полномочий либо действовало в нарушение установленного порядка:

Применительно к статье 272 УК РФ неправомерным доступом к компьютерной информации является получение или использование такой информации без согласия обладателя информации лицом, не наделенным необходимыми для этого полномочиями, либо в нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка независимо от формы такого доступа (путем проникновения к источнику хранения информации в компьютерном устройстве, принадлежащем другому лицу, непосредственно либо путем удаленного доступа).
— п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 37 от 15.12.2022

Для Петрова как системного администратора доступ к архивным базам данных — это именно то, что входит в его служебные полномочия: без такого доступа он не мог бы выполнять свои должностные обязанности. Сам текст нормы первой части ст. 272 УК РФ построен вокруг доступа именно «неправомерного»:

1. Неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, если это деяние повлекло уничтожение, блокирование, модификацию либо копирование компьютерной информации, за исключением случаев, предусмотренных статьей 272 1 настоящего Кодекса, - (В редакции Федерального закона от 30.11.2024 № 421-ФЗ) наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок. 2. То же деяние, причинившее крупный ущерб или совершенное из корыстной заинтересованности, - наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок до четырех лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на тот же срок. (В редакции Федерального закона от 28.06.2014 № 195-ФЗ) 3.
   — ст. 272 УК РФ, п. 1

Из сопоставления следует: если Петров имел легальный, полученный по должности доступ к архивным БД (а вопрос ставится не об обходе защиты или о доступе к сведениям, ему не полагающимся, а о нарушении инструкции при обращении с уже доступными ему данными), то признак «неправомерности доступа» отсутствует, и состав ч. 1 ст. 272 УК РФ не образуется. Защитную позицию подкрепляет и разъяснение Пленума о том, что не образует состава преступления использование информации лицом, у которого имеется правомерный доступ:

Следует иметь в виду, что не образует состава преступления использование такой программы или информации лицом на принадлежащих ему компьютерных устройствах либо с согласия собственника компьютерного устройства, не преследующее цели неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации и не повлекшее несанкционированного уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств ее защиты (например, в образовательных целях либо в ходе тестирования
— п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № 37 от 15.12.2022

Вывод: Сам по себе факт служебного доступа системного администратора к архивным базам данных не образует состава ст. 272 УК РФ, поскольку такой доступ правомерен. Ответственность по этой статье возможна только если Петров вышел за пределы полномочий (например, проник в сегмент БД, доступ к которому ему не предоставлен, или нейтрализовал средства защиты) — тогда налицо «доступ лица, не наделённого полномочиями». По описанным фактам (нарушение инструкции при работе с подлежащими его ведению данными) состав ст. 272 УК РФ отсутствует.

Квалификация по ст. 274 УК РФ при нарушении правил эксплуатации (вопреки должностной инструкции)

Ключевое отличие этой ситуации от «неправомерного доступа» — Петров действовал вопреки должностной инструкции, то есть нарушил правила, а не проник несанкционированно. Такое нарушение образует специальный состав ст. 274 УК РФ:

1. Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи охраняемой компьютерной информации либо информационно-телекоммуникационных сетей и оконечного оборудования, а также правил доступа к информационно-телекоммуникационным сетям, повлекшее уничтожение, блокирование, модификацию либо копирование компьютерной информации, причинившее крупный ущерб, - наказывается штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами на срок от шести месяцев до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.
   — ст. 274 УК РФ, п. 1

Санкция по ст. 274 УК РФ наступает лишь при крупном ущербе. Порог крупного ущерба для всей главы 28 УК РФ (то есть и для ст. 272, и для ст. 274) установлен в примечании:

1. Крупным ущербом в статьях настоящей главы признается ущерб, сумма которого превышает один миллион рублей. (Статья в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ)
   — прим. 2 к ст. 272 УК РФ, п. 2

Пленум ВС устанавливает обязательные условия привлечения по ст. 274 УК РФ: должно быть установлено, какие именно правила нарушены и что обязанность их соблюдать была доведена до сведения работника (при подписании трудового договора, инструкции или акта ознакомления):

При квалификации действий лица по статье 274 УК РФ судам необходимо установить, какие именно правила из перечисленных в части 1 данной статьи были нарушены, а также возложена ли на это лицо обязанность соблюдать указанные правила. Данные правила могут быть установлены федеральными законами и подзаконными нормативными правовыми актами, а также инструкциями или иными локальными нормативными актами организаций, если они приняты в развитие указанных законов и подзаконных актов, не противоречат им и не изменяют их содержание. Обязанность соблюдения правил, установленных локальным нормативным актом, должна быть доведена до сведения лица, которому вменяется совершение соответствующего преступления (например, при подписании трудового договора, соглашения на использование сетей или оборудования либо отдельного акта ознакомления с такими правилами).
— п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № 37 от 15.12.2022

Для Петрова это означает: (1) факт нарушения таких правил должен содержаться в должностной инструкции/локальном акте (запрет на удаление архивных данных); (2) с этими правилами Петров должен был быть ознакомлен под роспись; (3) причинённый ущерб должен превышать 1 млн рублей. Только при совокупности всех трёх условий возможна уголовная ответственность по ч. 1 ст. 274 УК РФ.

Вывод: наиболее адекватной уголовно-правовой квалификацией действий Петрова (удалил данные вопреки инструкции, при правомерном доступе) является ст. 274 УК РФ, а не ст. 272. Но ответственность наступает только при крупном ущербе — свыше 1 млн руб. — и при условии, что правило (запрет удалять архивы) было закреплено в должностной инструкции и доведено до Петрова под роспись. Если ущерб не превышает 1 млн руб. либо правило не было доведено до сведения работника, состава ст. 274 УК РФ нет, и деяние не уголовно наказуемо (даже при формальном нарушении инструкции).

Смежные пласты: материальная ответственность, убытки, режим коммерческой тайны и процессуальное значение акта проверки

Даже если уголовная ответственность исключена (нет крупного ущерба или нет правил, доведённых до работника), Петров несёт материальную (трудовую) ответственность. При разглашении сведений, составляющих коммерческую тайну, наступает полная материальная ответственность:

1. разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; (В редакции федеральных законов от 30.06.2006 № 90-ФЗ; от 03.08.2018 № 315-ФЗ) 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
   — ст. 243 ТК РФ

При этом по общему правилу (ст. 238 ТК РФ) работник отвечает лишь за прямой действительный ущерб, без упущенной выгоды:

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
— ст. 238 ТК РФ, ч. 1-2

ФЗ № 98-ФЗ связывает ответственность работника за коммерческую тайну с тем, что сведения имеют коммерческую ценность и в отношении них введён режим коммерческой тайны:

1. информация, составляющая коммерческую тайну, - сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны;
   — п. 2 ст. 3 ФЗ № 98-ФЗ

Режим считается установленным только после принятия обладателем перечисленных в законе мер (перечень сведений, ограничение доступа, учёт лиц, допущенных, гриф «Коммерческая тайна»):

1. Меры по охране конфиденциальности информации, принимаемые ее обладателем, должны включать в себя: 1) определение перечня информации, составляющей коммерческую тайну; 2) ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка; 3) учет лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана; 4) регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров; 5) нанесение на материальные носители, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, или включение в состав реквизитов документов, содержащих такую информацию, грифа "Коммерческая тайна" с указанием обладателя такой информации (для юридических лиц - полное наименование и место нахождения, для индивидуальных предпринимателей - фамилия, имя, отчество гражданина, являющегося индивидуальным предпринимателем, и место жительства). (В редакции Федерального закона от 11.07.2011 № 200-ФЗ) 2. Режим коммерческой тайны считается установленным после принятия обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, мер, указанных в части 1 настоящей статьи. 3.
   — ст. 10 ФЗ № 98-ФЗ, п. 1

При разглашении такой информации работник обязан возместить причинённые убытки (в размере, определяемом по гражданскому законодательству):

1. возместить причиненные работодателю убытки, если работник виновен в разглашении информации, составляющей коммерческую тайну и ставшей ему известной в связи с исполнением им трудовых обязанностей; 4) передать работодателю при прекращении или расторжении трудового договора материальные носители информации, имеющиеся в пользовании работника и содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну. 4. Работодатель вправе потребовать возмещения убытков, причиненных ему разглашением информации, составляющей коммерческую тайну, от лица, получившего доступ к этой информации в связи с исполнением трудовых обязанностей, но прекратившего трудовые отношения с работодателем, если эта информация разглашена в течение срока действия режима коммерческой тайны. 5. Причиненные работником или прекратившим трудовые отношения с работодателем лицом убытки не возмещаются, если разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, произошло вследствие несоблюдения работодателем мер по обеспечению режима коммерческой тайны, действий третьих лиц или непреодолимой силы. 6. Трудовым договором с руководителем организации должны предусматриваться его обязанности по обеспечению охраны конфиденциальности составляющей коммерческую тайну информации, обладателем которой являются организация и ее контрагенты, и ответственность за обеспечение охраны конфиденциальности этой информации. 7.
   — ст. 11 ФЗ № 98-ФЗ, п. 3

Наконец, акт служебной проверки, зафиксировавший признание Петровым факта удаления, — это лишь документ, отражающий внутреннее разбирательство работодателя. Он является доказательством по будущему уголовному делу и основанием для дисциплинарного взыскания и удержаний по ТК РФ, но сам по себе не порождает уголовную или материальную ответственность — уголовная ответственность устанавливается только приговором суда (ст. 49 Конституции), а правомерность взыскания ущерба с работника проверяется работодателем в установленном ТК РФ порядке. Если удаление носило умышленный характер и не было связано с разглашением коммерческой тайны работодателю, но стоимость данных мала, может быть применена и ч. 2 ст. 14 УК РФ о малозначительности.

Вывод: независимо от исхода уголовного вопроса Петров подлежит материальной (трудовой) ответственности за прямой действительный ущерб, а при доказанном разглашении коммерческой тайны — полной ответственности и возмещению убытков по ФЗ № 98-ФЗ. Для привлечения к уголовной ответственности по ст. 274 УК РФ решающим является факт превышения ущерба в 1 млн руб. и доведения запрета до сведения работника; акт служебной проверки — доказательство, но не юридическое основание ответственности.

Процессуальное значение акта служебной проверки и достаточность доказательств для обвинения

Акт служебной проверки — это «иной документ», который допускается в качестве доказательства по уголовному делу в силу закрытого перечня доказательств:

1. В качестве доказательств допускаются: 1) показания подозреваемого, обвиняемого; 2) показания потерпевшего, свидетеля; 3) заключение и показания эксперта; 3 1 ) заключение и показания специалиста; (Дополнение пунктом - Федеральный закон от 04.07.2003 № 92-ФЗ ) 4) вещественные доказательства; 5) протоколы следственных и судебных действий; 6) иные документы.
   — ст. 74 УПК РФ, ч. 2

Как «иной документ» акт допускается, если изложенные в нём сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 73 УПК РФ), и получен/представлен в порядке ст. 86 УПК РФ:

1. Иные документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в статье 73 настоящего Кодекса. 2. Документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменном, так и в ином виде. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном статьей 86 настоящего Кодекса.
   — ст. 84 УПК РФ, ч. 1-2

Для квалификации по ст. 274 УК РФ решающими являются два обстоятельства, которые не устанавливаются одним лишь актом служебной проверки: (1) сам факт и размер причинённого крупного ущерба (свыше 1 млн рублей — см. прим. 2 к ст. 272 УК РФ, применённое выше), для подтверждения которого, как правило, требуется оценка стоимости уничтоженных данных и затрат на их восстановление (заключение специалиста/эксперта); и (2) наличие правила и его доведение до работника (п. 12 Пленума № 37). Признание Петрова, зафиксированное в акте, — это его объяснение в рамках внутреннего разбирательства, к которому в уголовном процессе применимы общие правила о допустимости и оценке показаний: оно не заменяет собой совокупность доказательств и подлежит проверке при производстве по уголовному делу.

Вывод: акт служебной проверки с признанием Петрова является допустимым доказательством («иным документом» по ст. 84 УПК РФ), но сам по себе недостаточен для обвинения по ст. 274 УК РФ — необходимо также доказать крупный ущерб (свыше 1 млн руб., обычно через заключение специалиста/эксперта о стоимости данных и затратах на восстановление) и доведение правила о запрете удаления архива до сведения Петрова под роспись. Без этих элементов уголовное дело бесперспективно; акт при этом остаётся основанием для дисциплинарной и материальной ответственности по ТК РФ.