Ситуация представляет собой длящееся межличностное противостояние, возникшее из-за систематических действий неустановленного (или установленного) лица, которое посредством сети Интернет направляет в адрес пользователя сообщения, содержащие оскорбительные высказывания, ложные обвинения в совершении тяжких преступлений (воровство, убийство), а также неконкретизированные угрозы. Пользователь не является инициатором конфликта и, по его словам, не давал повода для агрессии, а его попытки прекратить коммуникацию (игнорирование) не возымели эффекта.
С правовой точки зрения, сложилось несколько фактических составов, каждый из которых затрагивает отдельную сферу регулирования. Во-первых, публичное (в смысле доступности третьим лицам или неограниченному кругу) или непубличное распространение сведений, порочащих честь и достоинство пользователя (обвинения в краже и убийстве), может быть квалифицировано как клевета — преступление, предусмотренное Уголовным кодексом. Ключевым юридически значимым обстоятельством здесь будет заведомая ложность этих сведений (факт отсутствия вступившего в силу приговора или иного документа, подтверждающего совершение пользователем убийства или кражи). Если эти сведения ещё и распространены в прямом эфире или сообщении, доступном многим, возможна квалификация по части с более строгой санкцией.
Во-вторых, сам факт унижения чести и достоинства пользователя в неприличной форме (нецензурная брань, грубые унизительные сравнения, «нехорошие слова») — это оскорбление, которое является административным правонарушением (статья КоАП РФ). Для данного состава не имеет значения правдивость или ложность слов; важна именно форма высказываний, унижающая человеческое достоинство. Поскольку действия носят длящийся характер (множество сообщений), это может рассматриваться как повторность или систематичность, что влияет на меру ответственности.
В-третьих, высказанные угрозы (даже не прямые, а косвенные или завуалированные) могут образовывать состав уголовного преступления, если у пользователя имелись объективные основания опасаться их реализации. Критическим здесь будет не только содержание фраз, но и контекст: если на фоне обвинений в убийстве и оскорблений звучит фраза, которую разумный человек воспримет как обещание расправы, это может быть расценено как угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью.
Попытка определить автора в психиатрическое учреждение по инициативе пользователя — крайне сложный и практически нереализуемый шаг без участия медицинских работников и специальной процедуры. Юридически для принудительной госпитализации необходимы прямые доказательства того, что лицо представляет непосредственную опасность для себя или окружающих, либо его состояние тяжело и он беспомощен. Агрессивное поведение в переписке само по себе таким основанием не является, если человек не совершает действий, явно угрожающих жизни и здоровью прямо сейчас. Однако если в угрозах есть конкретные указания на время, место или способ, это может стать поводом для направления полицией материалов на психиатрическое освидетельствование.
Гражданско-правовая защита в виде иска о защите чести, достоинства и деловой репутации также возможна, но она требует доказательств того, что распространённые сведения (обвинения) не соответствуют действительности и порочат пользователя. В данном случае это относится прежде всего к ярлыкам «воровка» и «убийца». Чисто оскорбительные слова (нецензурная брань, личные унижения) гражданским иском защитить труднее, так как они являются выражением субъективного мнения, а не фактами, подлежащими опровержению.
Юридически значимые обстоятельства: наличие надлежащих доказательств (скриншоты с сохранённым контекстом, датами и отображаемыми идентификаторами отправителя); факт систематичности (длящиеся действия, а не единичный случай); отсутствие ответных оскорблений со стороны пользователя (чтобы не возникло встречного заявления); содержание угроз (наличие/отсутствие конкретики). Определение подследственности и подведомственности этих требований будет зависеть от того, какой именно правовой механизм будет избран как основной (уголовное преследование, административный протокол или гражданский иск).