Оценивая стадию преступной деятельности, важно обратиться к статье 30 УК РФ. Предложение Сидорова, направленное неопределенному кругу лиц («уважаемые руководители компании»), содержит прямой призыв к ответу и согласию на сотрудничество. По смыслу закона, такое обращение является не чем иным как приисканием соучастников преступления — то есть поиском лица, которое под влиянием обмана согласится стать «заинтересованным инвестором» и передать деньги или иное имущество. Сидоров умышленно создает условия для совершения мошенничества: он формулирует ложное обещание, описывает несуществующие возможности устройства, указывает на источник финансирования (льготные займы) и тем самым подготавливает почву для будущего хищения. При этом преступление не доводится до конца по обстоятельствам, не зависящим от Сидорова (например, отсутствие заинтересованного инвестора, отказ адресата). Согласно части 1 статьи 30 УК РФ, данные действия образуют приготовление к преступлению. Однако часть 2 той же статьи устанавливает важное ограничение: уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям. Мошенничество, описанное в части 1 статьи 159 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести (максимальное наказание — лишение свободы до двух лет — не превышает трех лет). Следовательно, если предполагаемая стоимость планируемого хищения не позволит квалифицировать действия по более тяжким частям ст. 159 (например, ч. 3 — крупный размер), то приготовление к мошенничеству в данном случае не является уголовно наказуемым. В рассматриваемой же ситуации, исходя из текста предложения, размер будущего хищения не указан, и разумно исходить из минимальной квалификации по ч. 1 ст. 159 УК РФ. Таким образом, обещание получения льготных займов под вымышленный проект, безусловно, образует приготовление к мошенничеству (создание условий, приискание соучастников), но не подлежит уголовной ответственности из-за категории преступления.
Статья 30. Приготовление к преступлению и покушение на преступление 1. Приготовлением к преступлению признаются приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. 2. Уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям. 3. Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. Открыть полны
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 30
Что касается вопроса о покушении на мошенничество, то здесь требуется разграничить действия, непосредственно направленные на совершение преступления, и действия по созданию условий. Покушением, согласно части 3 статьи 30 УК РФ, признаются действия (бездействие), непосредственно направленные на совершение преступления. В предложении Сидорова отсутствует покушение, поскольку он еще не приступил к непосредственному изъятию имущества: нет требования перевести деньги, не указаны реквизиты, не совершены никакие действия по получению финансов от адресата. Более того, сам факт отправки сообщения — это лишь доведение до сведения потенциальной жертвы заведомо ложных сведений, что является этапом приготовления, а не началом исполнения объективной стороны мошенничества. Объективная сторона мошенничества начинается с момента, когда обманные действия непосредственно соединены с попыткой завладеть имуществом (например, просьба перевести задаток, оплатить комплектующие и т.п.). В данном же тексте содержится лишь предложение к будущему сотрудничеству, а не прямое распоряжение имуществом. Следовательно, рассылка данного предложения не может квалифицироваться как покушение на мошенничество — налицо лишь стадия приготовления (приискание соучастников).
Применительно к аспекту изготовления устройств для борьбы с дронами, в предоставленном контексте норм УК РФ нет специальной статьи, непосредственно устанавливающей ответственность за предложение изготовить устройство без лицензии. Изготовление таких устройств может потребовать лицензии в соответствии с законодательством об оружии или о лицензировании отдельных видов деятельности, но сама по себе рассылка предложения без начала изготовления не образует состава преступления, предусмотренного УК РФ, если только в действиях Сидорова нет признаков иного состава, например, незаконного оборота оружия (ст. 222 УК РФ) или незаконного изготовления оружия (ст. 223 УК РФ) — однако эти нормы в предоставленном контексте отсутствуют. Поскольку контекст из НПА не содержит соответствующих статей, данный аспект не может быть проанализирован на основе имеющихся данных. Для полного разрешения этого вопроса необходимо обратиться к ст. 223 УК РФ («Незаконное изготовление оружия»), а также к ст. 222 УК РФ («Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия»), однако их применение к факту одного лишь предложения, не сопровождающегося фактическим изготовлением или сбытом, представляется маловероятным.
