Статья 23 1. Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. 2. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.
— Конституция Российской Федерации, ст. 23
Далее, в силу ст. 176 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, осмотр предметов и документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и может быть произведён до возбуждения уголовного дела. В данном случае телефон был осмотрен до возбуждения уголовного дела, что формально допускается, но только при наличии достаточных оснований полагать, что в телефоне содержатся сведения, имеющие значение для проверки сообщения о преступлении. Само по себе наличие в контактах номера с кодом +380, принадлежащего гражданке Украины, проживающей за пределами РФ, не является обстоятельством, указывающим на признаки преступления, если отсутствуют данные о противоправном характере переписки. Таким образом, фактическое основание для производства осмотра телефона в данной ситуации было недостаточным.
Статья 176. Основания производства осмотра
- Осмотр места происшествия, местности, жилища, иного помещения, предметов и документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.
- Осмотр места происшествия, документов и предметов может быть произведен до возбуждения уголовного дела.
— Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 176
Применение ст. 177 УПК РФ к рассматриваемой ситуации показывает, что данная статья устанавливает порядок осмотра и содержит правило об изъятии только предметов, имеющих отношение к уголовному делу (часть 3). Осмотр телефона не является осмотром жилища, поэтому часть 5 указанной статьи, требующая согласия проживающих или судебного решения для осмотра жилища, здесь напрямую не применяется. Однако часть 3 важна тем, что изъятие и осмотр телефона правомерны лишь при наличии связи телефона с уголовным делом. Поскольку уголовное дело на момент осмотра возбуждено не было, а проверка проводилась на основании одного лишь номера +380 в контактах, можно утверждать, что телефон не являлся предметом, имеющим очевидное отношение к какому-либо преступлению. Следовательно, изъятие и последующий осмотр телефона не соответствовали критерию, установленному частью 3 ст. 177 УПК РФ.
Статья 177 УПК РФ регулирует порядок осмотра. Часть 5 устанавливает, что осмотр жилища производится только с согласия проживающих или на основании судебного решения. Осмотр телефона не является осмотром жилища, поэтому данная статья не регулирует напрямую законность осмотра телефона. Однако часть 3 указывает, что изъятию подлежат только предметы, имеющие отношение к уголовному делу. В ситуации телефон изъят и осмотрен, но неясно, имел ли он отношение к уголовному делу. Статья полезна для понимания процедуры осмотра, но не дает прямого ответа на вопросы.
— Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 177
Каких-либо норм, предусматривающих уголовную ответственность за сам факт наличия в контактах номера с кодом +380, в представленном контексте не содержится; соответствующие статьи могли бы находиться в Уголовном кодексе РФ (например, ст. 275.1 — сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством, но для её применения требуется специальный субъект), однако в данном случае пользователь не является военнообязанным, не имеет доступа к государственной тайне, а переписка носит личный характер. Отсутствие в контексте норм, криминализирующих такие контакты, позволяет сделать вывод, что уголовно-правовых последствий в описанной ситуации не наступает, если не будет установлен иной состав преступления (например, шпионаж или госизмена), но для этого необходимы доказательства конкретных действий, которых из материалов проверки не усматривается.
Относительно возможности передачи протокола в учебное заведение: ни Конституция РФ, ни УПК РФ в приведённом контексте не содержат положений, обязывающих или разрешающих правоохранительные органы передавать вуз сведения о лице, в отношении которого проводилась проверка. Такая передача регулируется, как правило, ведомственными актами МВД или законом «О полиции», но в предоставленном контексте эти нормы отсутствуют. Если протокол не является обвинительным и не влечёт привлечения к ответственности, его распространение нарушило бы право на неприкосновенность частной жизни (ст. 23 Конституции РФ). При повторном вызове пользователь вправе ссылаться на ст. 51 Конституции РФ (право не свидетельствовать против себя) — данной нормы в контексте нет, её следует искать в Конституции РФ (ст. 51). Также следует потребовать ознакомления с материалами проверки и указать на отсутствие законных оснований для осмотра телефона, изложив доводы о нарушении ст. 23 Конституции РФ и ст. 177 УПК РФ.