В данной ситуации центральным событием является нападение группы лиц на заявителя, в ходе которого применено насилие, сопряжённое с удушением, множественными ударами по голове и телу, а также высказыванием угроз убийством, изнасилованием и расправой над родственниками. Юридически значимым является то, что нападение носило групповой характер, было направлено на жизненно важные органы (голова, шея) и сопровождалось прямыми словесными угрозами лишить жизни, что в совокупности свидетельствует о реальной опасности для жизни заявителя. Отсутствие тяжкого вреда здоровью (вред оценён как лёгкий или средней тяжести) не исключает оценки действий нападавших как покушения на убийство: в правовом смысле покушение считается оконченным, когда лицо выполнило все действия, которые считало необходимыми для причинения смерти, но смертельный результат не наступил по не зависящим от него причинам. В данном случае необходимо установить, имели ли нападавшие умысел на убийство (намеревались ли они причинить смерть) и была ли их активность прервана внешними обстоятельствами (например, вмешательством заявителя, появлением свидетелей, неожиданным отпором). То, что нападавшие не остановились добровольно, а отступили лишь после применения заявителем ножа, а затем продолжили словесно угрожать завершить начатое, указывает на то, что их намерения не были реализованы именно из-за противодействия жертвы.
Второй ключевой аспект — действия самого заявителя, который, находясь в процессе длящегося нападения (нападавшие не ушли, а лишь отступили и продолжали угрожать), применил складной нож и нанёс одному из нападавших колотое ранение в бедро. Это образует самостоятельный юридический факт — причинение вреда посягающему лицу. Правовая квалификация этого деяния зависит от того, расценивать ли сложившуюся обстановку как состояние необходимой обороны. Юридически значимыми здесь являются следующие обстоятельства: нападение на заявителя не было окончено (нападавшие не прекратили посягательство, а лишь отступили на расстояние, после чего продолжили угрожать, требуя вернуться); угрозы носили конкретный и немедленный характер («закончат начатое»); заявитель находился в непосредственной близости от нападавших, был физически истощён и не имел возможности покинуть место иным способом. Применение ножа в такой ситуации может быть расценено как соразмерная защита от реального и непосредственного посягательства, сопряжённого с насилием, опасным для жизни. Решающим для правовой оценки будет момент прекращения посягательства: если нападавшие, отступив, утратили возможность немедленно возобновить нападение и заявитель осознавал это, но продолжил наносить удары — это может выйти за пределы необходимой обороны. Однако в описании заявитель указывает, что нанёс укол, нападавшие отскочили, он встал и ушёл, не преследуя их, что указывает на то, что его цель была исключительно защитной и строго ограничена моментом активной угрозы.
Согласно ст. 30 УК РФ покушением признаются умышленные действия, непосредственно направленные на совершение преступления, если оно не было доведено до конца по не зависящим от лица обстоятельствам. В данной ситуации нападавшие, сбив заявителя с ног, избивали его ногами и руками по голове — то есть по жизненно важному органу, душили, оставляя следы на шее, и выкрикивали угрозы убийством. Эти действия непосредственно направлены на лишение жизни, а не на причинение вреда здоровью любой степени тяжести. То, что тяжкого вреда здоровью не наступило, не исключает покушения на убийство: смерть не наступила именно потому, что заявитель оказал активное сопротивление, применив нож, и нападавшие отступили — это обстоятельства, не зависящие от их воли. Умысел на убийство подтверждается характером избиения (голова, шея, удушение) и высказанными угрозами.
- Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 30
При квалификации по ст. 105 УК РФ убийство, не доведённое до конца, может быть вменено с учётом квалифицирующих признаков. Действия нападавших совершены группой лиц, что прямо предусмотрено п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Кроме того, мотив из хулиганских побуждений (п. «и») также прослеживается в агрессивном поведении на фоне избиения и угроз. Особое значение имеет п. «к» той же нормы: угрозы изнасилованием, высказанные в процессе избиения, указывают на то, что нападение было сопряжено с насильственными действиями сексуального характера, что значительно отягчает содеянное.
ж) совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
и) из хулиганских побуждений;
к) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 105
Параллельно нападавшие совершили самостоятельное преступление — угрозу убийством. В соответствии со ст. 119 УК РФ, угроза убийством, при наличии оснований опасаться её осуществления, образует состав преступления. Заявитель реально воспринял угрозы: его избивали, душили, высказывали намерения убить, изнасиловать и добраться до семьи. Следы удушения на шее и телесные повреждения объективно подтверждают, что у заявителя имелись все основания опасаться неминуемой смерти, что полностью охватывается составом данной статьи.
- Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, - наказывается обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 119
Теперь о самообороне заявителя. По смыслу ч. 1 ст. 37 УК РФ, причинение вреда посягающему не является преступлением, если нападение было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося. В данном случае нападение носило именно такой характер: заявителя сбили с ног, избивали по голове, душили — все эти действия объективно создавали реальную угрозу для жизни. Состояние необходимой обороны возникло в момент продолжения нападения, когда нападавшие, даже после того как заявитель встал, кричали ему, чтобы он вернулся, и они «закончат начатое». Удар складным ножом в бедро был соразмерным: он был направлен не в жизненно важные органы, а в конечность, и наносился с целью остановить посягательство, а не лишить жизни. Такое действие укладывается в пределы необходимой обороны, поскольку оно явно соответствует характеру и опасности посягательства — нападения с угрозой жизни.
- Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
- Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 37
Важное уточнение: ч. 2.1 ст. 37 УК РФ (в контексте не приведена полностью, но по смыслу) устанавливает, что не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося, если он не мог объективно оценить степень и характер опасности из-за внезапности посягательства. Данная ситуация, с учётом внезапного нападения, избиения, удушения и неоднократных угроз, подпадает под этот принцип. Таким образом, в описанных обстоятельствах действия заявителя по применению ножа следует признать правомерной необходимой обороной без признаков превышения её пределов.
