Суд исключил незаконный сбор персональных данных по ст. 272.1 УК РФ из-за отсутствия обратной силы закона, но оставил квалифицирующий признак 'получены иным незаконным путём': правильно ли это и должен ли он быть исключён?

Различение «незаконного сбора» (деяния) и «полученной иным незаконным путём» (признака предмета) по ст. 272.1 УК РФ

Ключ к ответу — юридическая природа двух элементов, которые суд разделил. Статья 272.1 УК РФ (введена Федеральным законом от 30.11.2024 № 421-ФЗ, действует с 11.12.2024) криминализирует не «получение» данных как таковое, а обращение с ними:

1. Незаконные использование и (или) передача (распространение, предоставление, доступ), сбор и (или) хранение компьютерной информации, содержащей персональные данные, полученной путем неправомерного доступа к средствам ее обработки, хранения или иного вмешательства в их функционирование либо иным незаконным путем, за исключением деяний, совершенных в отношении компьютерной информации, содержащей персональные данные, предусмотренные частью второй настоящей статьи, - наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на тот же срок.
   — ч. 1 ст. 272.1 УК РФ

1. Деяния, предусмотренные частью первой или второй настоящей статьи, совершенные: а) из корыстной заинтересованности;
   — п. «а» ч. 3 ст. 272.1 УК РФ

Обратите внимание на структуру: «сбор» в ч. 1 — это самостоятельное деяние (действие, образующее объективную сторону), а «полученной… иным незаконным путем» — признак предмета (характеристика происхождения компьютерной информации, с которой совершаются деяния). «Сбор» и «путь получения» — хоть и относятся к одному фактическому моменту (скачивание), юридически выполняют разные функции: первый описывает запрещённое действие, второй описывает свойство данных, делающее их обращение незаконным.

Это различение и объясняет, почему суды не обязаны «автоматически» исключать оба признака вместе: исключение «незаконного сбора» корректно как раз потому, что само действие сбора совершено до вступления закона в силу, а наказуемые деяния (хранение, использование, передача) — не установлении этого признака надо подходить через «незаконный путь» отдельно: его сохранение допустимо, если данные объективно происходят из незаконного источника, и он должен быть исключён, если единственным «путём» является то самое скачивание. Разбор обеих веток — ниже.

Признак «полученной иным незаконным путём» и запрет обратной силы закона: развилка по фактам

Запрет обратной силы уголовного закона применяется к деяниям, а не к свойствам предмета:

Преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния. 2. Временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.
— ч. 1, 2 ст. 9 УК РФ

Уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.
— ч. 1 ст. 10 УК РФ

Закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. 2. Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.
— ст. 54 Конституции РФ, п. 1

Из последней нормы прямо следует правило, на которое опирался суд при исключении «незаконного сбора»: скачивание, совершённое до 11.12.2024, в момент его совершения не было преступлением (ст. 272.1 ещё не действовала), а поэтому как деяние оно вменяться не может.

Однако признак «полученной иным незаконным путём» — это не деяние, а квалифицирующая (описательная) характеристика данных как предмета преступления. Значение имеет то, из какого источника происходят персональные данные, а не то, когда именно такой источник возник. Поэтому здесь возможны две принципиально разные ветки:

Ветка А — данные попали в открытый доступ незаконно (утёкшая база, кража, сбор без согласия субъектов). Тогда данные объективно «получены иным незаконным путём» независимо от даты вступления ст. 272.1 в силу. Хранение/использование/передача (продажи) таких данных после 11.12.2024 — это продолжающиеся преступные деяния, подпадающие под п. «а» ч. 3 ст. 272.1. В этой ветке суд прав, что исключил «сбор» (деяние до закона) но оставил «иной незаконный путь» (признак предмета) — противоречия с обратной силой нет, поскольку наказуемые деяния совершены после вступления закона.

Ветка Б — сканы законно находились в открытом интернете (размещены с согласия субъектов по ч. 1 ст. 8 ФЗ № 152-ФЗ) либо единственным «незаконным путём» является то самое скачивание самим осуждённым. Тогда «иной незаконный путь» фактически тождествен «незаконному сбору» (одно и то же скачивание), которое совершено до 11.12.2024 и не является преступлением. Признав это скачивание «незаконным путём», суд фактически придал обратную силу закону в отношении того же самого до-законного действия — это прямое противоречие ч. 1 ст. 10 УК и ст. 54 Конституции, и признак должен был быть исключён вместе со «сбором».

Разбирательство по этим веткам зависит от того факта, который суд обязан был установить и описать (см. следующий блок), но которого в приговоре нет: из какого именно источника получены данные и почему этот путь незаконен.

Вывод по признаку: Отбрасывание «полученной иным незаконным путём» лишь по мотиву, что данные получены до 11.12.2024, было бы неправильным — сам по себе факт более раннего получения не устраняет признак, если данные объективно добыты незаконно и обращение с ними продолжалось после вступления закона. Но и сохранение признака без установления конкретного самостоятельного незаконного пути (когда единственный путь — до-законное скачивание) неправомерно. Итоговый вывод определяется тем, какая из двух веток соответствует фактам.

Дефект приговора: не установлен и не описан конкретный «иной незаконный путь»

Независимо от того, какая из веток (А или Б) соответствует реальности, в приговоре есть существенный процессуальный изъян: суд, оставив признак «полученной иным незаконным путём», не растолковал, какой именно незаконный путь был проделан (как подчёркнуто в вопросе). Это прямое нарушение требований к описательно-мотивировочной части обвинительного приговора и предмета доказывания:

1. описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; 2) доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства;
   — п. 1 ст. 307 УПК РФ

1. событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением; 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;
   — п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ

Ст. 307 УПК требует от суда указать способ совершения преступления, а ст. 73 УПК — доказать событие преступления (время, место, способ). Признак «полученной иным незаконным путём» входит в объективную сторону ч. 1 и п. «а» ч. 3 ст. 272.1 УК РФ и потому подлежит доказыванию через установление конкретного способа получения данных. Если суд не указал, какой именно незаконный путь имел место и в чём его незаконность (нарушение ФЗ № 152-ФЗ — отсутствие согласия, кража базы, взлом, покупка незаконно собранных данных и т.п.), то:

• не описано событие преступления в части этого признака (п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК);
• выводы суда не подтверждены доказательствами и не мотивированы (п. 1 ст. 307 УПК);
• приговор как минимум немотивирован в этой части, а если без установления пути данных квалификация не подтверждается — не соответствует установленным обстоятельствам.

Причём ключевой момент для защиты: если в материалах дела нет данных о самостоятельном незаконном источнике персональных данных (помимо до-законного скачивания), то сохранение признака «иным незаконным путём» без указания пути фактически является «достройкой» признака через то же до-законное действие — что нарушает и обратную силу (ст. 10 УК, ст. 54 Конституции), и правило ст. 307 УПК об указании способа.

Вывод: Дефект приговора состоит не столько в самом решении «исключить сбор, но оставить иной незаконный путь» (при продолжавшихся после 11.12.2024 продажах это решение в принципе возможен), сколько в том, что суд не установил и не описал конкретный незаконный путь получения данных, тогда как это обязательный элемент доказывания и описания. Это самостоятельное основание для оспаривания приговора.

Правовые последствия и порядок оспаривания приговора

Если факты соответствуют ветке Б (единственный незаконный путь — до-законное скачивание, тождественное исключённому «сбору», либо данные законно были в открытом доступе без согласия иной незаконной добычи) — приговор в части сохранения признака «полученной иным незаконным путём» подлежит отмене или изменению. Основания:

1. неправильное применение уголовного закона; 4) несправедливость приговора; 5) выявление обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1 части первой 2 статьи 237 настоящего Кодекса; (Дополнение пунктом - Федеральный закон от 26.04.2013 № 64-ФЗ) 6) выявление данных, свидетельствующих о несоблюдении лицом условий
   — п. 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ

1. нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации ; 2) применение не той статьи или не тех пункта
   — п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ

1. нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации ; 2) применение не той статьи или не тех пункта
   — п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ устанавливает, что нарушение требований Общей части УК (к которым относятся ст. 9 и 10 о действии закона во времени) является неправильным применением уголовного закона — а п. 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК относит такое нарушение к основаниям отмены/изменения приговора в апелляции. Дополнительно, если вывод суда о незаконном пути ничем не подтверждён и не мотивирован — это несоответствие вывода фактическим обстоятельствам (ст. 389.16 УПК).

Сроки и порядок обжалования:

Апелляционные жалоба, представление на приговор или иное решение суда первой инстанции могут быть поданы в течение 15 суток со дня постановления приговора или вынесения иного решения суда, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копий приговора, определения, постановления.
— ч. 1 ст. 389.4 УПК РФ

Вступившее в законную силу судебное решение может быть обжаловано в порядке, установленном настоящей главой, в суд кассационной инстанции осужденным, оправданным, их защитниками и законными представителями, потерпевшим, частным обвинителем, их законными представителями и представителями, а также иными лицами в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы.
— ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ

Апелляционная жалоба подаётся в течение 15 суток со дня постановления приговора (для содержащегося под стражей — со дня вручения копии). После вступления приговора в силу он обжалуется в суд кассационной инстанции (ч. 1 ст. 401.2 УПК) по тем же основаниям.

Что важно понимать для стратегии: исключение признака «полученной иным незаконным путём» смягчает положение и может повлечь переквалификацию с п. «а» ч. 3 ст. 272.1 на менее тяжкую часть либо иную статью (например, ст. 137 УК о незаконном сборе/распространении сведений о частной жизни, если сбор не был санкционирован), либо иную оценку квалифицирующего признака корысти, поскольку корыстное использование именно незаконно добытых данных — стержень п. «а» ч. 3. Однако при этом сами продолжавшиеся после 11.12.2024 хранение, использование и передача данных, если они объективно незаконны (ветка А), остаются наказуемыми по ст. 272.1 — и вся защита должна строиться на доказанности/недоказанности именно незаконного происхождения данных и конкретного пути.

Вывод по делу в целом: Суд не обязан был исключать признак «полученной иным незаконным путём» только потому, что данные получены до 11.12.2024, — если обращение с ними (хранение, использование, передача/продажи) продолжалось после вступления ст. 272.1 в силу, эти деяния наказуемы, а «иной незаконный путь» — это признак предмета, а не деяние, подпадающее под запрет обратной силы. Но суд должен был установить и описать конкретный незаконный путь (п. 1 ст. 307, п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК). Если единственным таким «путём» является до-законное скачивание, тождественное исключённому «незаконному сбору», — сохранение признака противоречит ст. 10 УК и ст. 54 Конституции и подлежит исключению вместе со «сбором»; если же существует самостоятельный незаконный источник данных (утёкшая/краденая база без согласия субъектов) — признак обоснованно сохранён. Приговор в любом случае немотивирован в части нерастолкования пути — это основание для апелляционного (15 суток) или кассационного обжалования.

Денежные последствия: влияние квалификационных признаков на размер наказания

Квалифицирующий признак п. «а» ч. 3 ст. 272.1 УК РФ — «из корыстной заинтересованности» — как указано самим клиентом, суд оставил. Использование признака «полученной иным незаконным путём» в ч. 1 ст. 272.1, который через ч. 3 перешёл в квалификацию с корыстью, влияет на наказание. При исключении и «иного незаконного пути» осталась бы лишь конструкция с не-незаконно полученными данными, что в рамках диспозиции ч. 1 исключало бы состав — ведь данные, полученные законным путём (из законных общедоступных источников по ч. 1 ст. 8 ФЗ № 152-ФЗ), не являются «полученными незаконно». В этом случае п. «а» ч. 3 ст. 272.1 не мог бы применяться.

Наказание по ч. 3 ст. 272.1: до 1 000 000 руб. штрафа (или в размере зарплаты/дохода за период до трёх лет) с лишением права занимать должности/деятельность до трёх лет плюс до 6 лет лишения свободы (со штрафом до 1 000 000 руб.). Наказание по ч. 1 ст. 272.1 (без квалификации «корысть»): до 300 000 руб. штрафа и до 4 лет лишения свободы. Разница более чем существенная — поэтому устранение признака «иным незаконным путём» напрямую влечёт либо переход с ч. 3 на ч. 1, либо (при отсутствии иного незаконного пути) отсутствие состава вообще по ст. 272.1 — с возможной переквалификацией на ст. 137 УК (незаконное нарушение СЕКРЕТНОСТИ / частной жизни).

Публично-правовой интерес здесь: если суд применил п. «а» ч. 3 без установления конкретного незаконного пути получения данных — осуждённый потенциально отбывает лишение свободы и выплачивает штраф на основании признака, который не доказан. Это прямое нарушение ст. 8 УК (основание уголовной ответственности — все признаки состава), что дополнительно усиливает позицию при обжаловании.