Ситуация связана с реализацией права военнослужащего на отпуск в период участия в специальной военной операции. Военнослужащий находился в зоне СВО с 10 июня, неоднократно выполнял боевые задачи, получил ранения и в настоящее время находится на лечении в лазарете. На момент обращения он изъявил желание подать рапорт на предоставление отпуска, однако столкнулся с административными препятствиями со стороны неустановленных лиц, которые отказались принять его письменное обращение, указав на самостоятельное оформление таких рапортов канцелярией в строго определённую дату (22-го числа). При этом его предыдущий рапорт, поданный ранее, не был зарегистрирован.
Юридически значимым является факт, что между военнослужащим и Министерством обороны (в лице командования) возникли публично-правовые отношения, регулируемые федеральными законами и ведомственными нормативными актами, в рамках которых военнослужащий имеет право на отпуск (в том числе по состоянию здоровья) и обязанность командования — рассмотреть его заявление (рапорт) и принять по нему решение. Действия (бездействие) должностных лиц, выразившиеся в отказе принять рапорт и отсутствии ответа на обращение, могут квалифицироваться как нарушение установленного порядка делопроизводства и ущемление права военнослужащего на отдых. Отсутствие регистрации рапорта не лишает его юридической силы, но затрудняет фиксацию факта обращения.
Наличие у военнослужащего ранений, его нахождение на лечении в лазарете, а также выписка из этого лазарета являются существенными обстоятельствами: они подтверждают уважительную причину для предоставления отпуска (в частности, по состоянию здоровья) и одновременно создают объективную невозможность лично подать новый рапорт и контролировать его движение. Вопрос о возможности подачи рапорта третьим лицом (супругой) напрямую зависит от того, допускает ли законодательство представление интересов военнослужащего доверенным лицом в административных отношениях, не связанных с денежным довольствием и вещевым обеспечением. В данном контексте это может рассматриваться как форма волеизъявления военнослужащего, поданная им через представителя.
Таким образом, ключевой юридически значимой проблемой является правовая неопределённость: с одной стороны — наличие явно выраженной воли военнослужащего на отпуск (подтверждённой его действиями и состоянием здоровья), с другой — формальное отсутствие его зарегистрированного обращения и пассивная позиция командования. Это создаёт риск нарушения его конституционного права на отдых и права на медицинскую реабилитацию в условиях прохождения военной службы в особых условиях (СВО), что требует правовой оценки как со стороны органа военного управления, так и, при необходимости, прокуратуры или суда.
Согласно статье 106 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, каждый военнослужащий наделён правом лично обращаться с письменными обращениями, включая рапорты, к соответствующим должностным лицам. В описанной ситуации муж, находясь на полигоне перед боевым заданием, намеревался подать рапорт на отпуск, однако ему заявили, что рапорты здесь не принимаются, а канцелярия оформляет их сама и выдаёт определённого числа (22-го). Такая позиция командования прямо противоречит указанной норме: право военнослужащего на подачу рапорта не может быть обусловлено произвольными сроками или переложением обязанности по его составлению на канцелярию. Более того, последующий отказ зарегистрировать рапорт и уклонение от ответа на запрос мужа об отпуске свидетельствуют о несоблюдении установленного порядка.
- Военнослужащие имеют право обращаться лично, а также направлять письменные обращения (предложения, заявления или жалобы) в государственные органы, органы местного самоуправления и должностным лицам в порядке, предусмотренном законами Российской Федерации, другими нормативными правовыми актами Российской Федерации и настоящим Уставом.
— Указ Президента РФ от 10.11.2007 N 1495 (ред. от 24.06.2025) "Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил Российской Федерации" (вместе с "Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации"), ст. 106
Параллельно с этим, в силу статьи 9 того же Устава, права военнослужащих, включая право на отдых, не могут быть произвольно ограничены. Отказ в приёме рапорта по мотивам, не основанным на законе, а также неинформирование мужа о перспективах отпуска после его запроса являются прямым вмешательством в реализацию его прав. Тот факт, что командование ограничило возможность подачи рапорта лишь определённым днём (22-м числом) и без какой-либо регламентации, выходит за рамки допустимого регулирования.
- Военнослужащие находятся под защитой государства. Права военнослужащих и порядок их реализации с учетом особенностей военной службы определяются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Никто не вправе ограничивать военнослужащих в правах и свободах, гарантированных Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, а также вмешиваться в их служебную деятельность, за исключением лиц, уполномоченных на то федеральными законами и общевоинскими уставами.
— Указ Президента РФ от 10.11.2007 N 1495 (ред. от 24.06.2025) "Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил Российской Федерации" (вместе с "Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации"), ст. 9
Основное материальное право на отпуск как элемент права на отдых закреплено статьёй 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Участие в боевых заданиях и получение ранения, безусловно, относятся к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности служебного времени, что должно компенсироваться соответствующим отдыхом, в том числе в виде основного или дополнительного отпуска. Несмотря на то, что в предоставленном фрагменте статьи прямая норма об отпуске не раскрыта полностью, общий принцип компенсации за переработку является основой для требования мужа об отпуске. Командование обязано рассмотреть его рапорт с учётом этой нормы.
Статья 11. Служебное время и право на отдых 1. Общая продолжительность еженедельного служебного времени военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, за исключением случаев, указанных в пункте 3 настоящей статьи, не должна превышать нормальную продолжительность еженедельного рабочего времени, установленную федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Привлечение указанных военнослужащих к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени в иных случаях компенсируется отдыхом соответствующей продолжительности в другие дни недели. При невозможности предоставления указанной компенсации время исполнения обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного слу
— Федеральный закон «О статусе военнослужащих», ст. 11
Что касается вопроса о возможности подачи рапорта доверенным лицом (супругой), то в предоставленном контексте норм, прямо регулирующих представительство военнослужащих при подаче служебных документов, не содержится. Статья 106 Устава говорит о праве военнослужащего обращаться «лично», но не исключает возможности направления письменного обращения через третье лицо, если военнослужащий не может сделать это сам по состоянию здоровья (в данном случае он лежит в лазарете с ранениями). Однако для бесспорной легитимности такого действия требуется либо прямое указание в ведомственных актах, либо письменное уполномочие, заверенное командиром части или начальником медицинского учреждения. Поскольку муж находится в лазарете, наиболее надёжным путём было бы подать рапорт через командование лазарета (начальника медицинского пункта), на которого возлагаются определённые административные функции, либо через военного прокурора или вышестоящее командование, используя каналы официальной переписки. В отсутствие таких норм в контексте, следует предположить, что регулирование данного вопроса осуществляется общими положениями гражданского законодательства о представительстве, однако его применение к военно-служебным отношениям ограничено.
Незарегистрированный рапорт, который муж пытался подать ранее, и выписка из лазарета могут служить доказательством его намерения реализовать право на отпуск и факта нахождения на лечении. Статья 106 Устава, закрепляющая право на обращение, в совокупности со статьёй 9, гарантирующей защиту прав, даёт основания рассматривать отказ в регистрации как дисциплинарный проступок со стороны должностных лиц. Наличие таких документов позволяет обратиться с жалобой в военную прокуратуру или в суд на бездействие командования, поскольку они подтверждают, что муж предпринял меры для получения отпуска, но столкнулся с препятствиями. Прямой нормы о доказательственной силе незарегистрированного рапорта в контексте нет, однако принцип защиты прав военнослужащего (ст. 9) предполагает, что любые объективные данные, свидетельствующие о нарушении, должны приниматься во внимание при рассмотрении спора.
