Далее, для квалификации самого обязательства и последствий его неисполнения применяются общие нормы гражданского права. В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Нотариальное обязательство, подписанное при получении маткапитала, является полноценным гражданско-правовым обязательством, по которому отец детей был обязан выделить доли после постройки дома. Он этого не сделал, значит, нарушил ст. 309 ГК РФ. Соответственно, заявительница и дети вправе требовать исполнения натурно — понуждения к выделу долей в судебном порядке.
Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
— Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 309
Кроме того, ст. 310 ГК РФ прямо запрещает односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий. Бывший муж, оформив дом единолично, фактически в одностороннем порядке отказался исполнять обязательство выделить доли детям. Это грубое нарушение, которое даёт основание для применения мер защиты, включая признание права собственности детей на доли и оспаривание регистрации.
- Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
— Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 310
Ключевой вопрос — срок исковой давности, которым может попытаться воспользоваться ответчик. Общий срок исковой давности составляет три года (ст. 196 ГК РФ). Однако для требований о выделе долей членам семьи при использовании маткапитала действует особый подход: поскольку обязательство о выделе долей является длящимся и не исполнено до сих пор, срок исковой давности не течёт, так как нарушение не прекратилось. Более того, ребёнок 14 лет является несовершеннолетним — а по смыслу ст. 200 ГК РФ (хотя её текст прямо не приведён в контексте, но вытекает из общей логики) для требований о защите прав несовершеннолетних срок исковой давности начинает течь лишь с момента, когда законный представитель узнал о нарушении. Заявительница узнала недавно, а до этого объективно не могла знать о нарушении, так как уехала и не контролировала оформление. Для старших детей (29 и 25 лет) срок может быть пропущен, если они сами не заявляли требований, но и здесь есть оговорка: предельный десятилетний срок (п. 2 ст. 196) отсчитывается со дня нарушения, но длящееся нарушение может его "сдвигать". В данном случае нарушение продолжается — дом до сих пор не переоформлен, поэтому срок не считается пропущенным.
- Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. 2. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" и Федеральным законом от 30 ноября 2010 года N 327-ФЗ "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности".
— Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 196
Наконец, процессуальная возможность защитить права детей прямо закреплена в ст. 3 ГПК РФ. Заявительница как законный представитель несовершеннолетнего ребёнка и сама как участник обязательства вправе обратиться в суд с иском о понуждении к исполнению обязательства, признании права собственности на доли, а также об оспаривании регистрационных записей в ЕГРН. Именно через суд можно заявить требования о признании недействительной регистрации единоличной собственности бывшего мужа и обязать его выделить доли всем членам семьи пропорционально размеру материнского капитала.
Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
— Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 3