В описанной ситуации возник спор между собственником жилого помещения (мужчиной, приобретшим квартиру в ипотеку) и лицом, зарегистрированным в этой квартире (его сожительницей, матерью их общего ребенка). Юридически значимыми являются три группы правоотношений: отношения собственности (квартира принадлежит только мужчине, он единственный титульный владелец), жилищные правоотношения (условия пользования квартирой сожительницей, которая не является собственником, но зарегистрирована), а также семейно-правовые аспекты, связанные с наличием общего несовершеннолетнего ребенка и отсутствием зарегистрированного брака между родителями.
Ключевой факт — квартира оформлена исключительно на мужчину. Сожительница не имеет и не приобретала долю в праве собственности. Её вселение и регистрация были произведены по соглашению с собственником, но в договоре ипотеки специальные условия о её правах на проживание отсутствуют. Сама по себе регистрация по месту жительства является административным актом, удостоверяющим факт проживания, но не порождающим самостоятельного права пользования жилым помещением вопреки воле собственника (если иное не установлено законом или договором).
Юридически значимо, что стороны не состоят в браке. В отличие от супругов, сожители не обладают взаимными правами и обязанностями, вытекающими из семейного законодательства, включая право на обязательную долю в совместно нажитом имуществе или право пользования жильём друг друга в силу родства. Однако есть общий несовершеннолетний ребенок. Его интересы могут влиять на решение вопроса о проживании матери, если будет доказано, что выселение сожительницы нарушит права и законные интересы ребенка (например, необходимость совместного проживания с матерью, сохранение привычных условий жизни и воспитания). Но сам по себе факт рождения общего ребенка не создает у матери встречного права пользования квартирой отца-собственника, если она не является его иждивенцем или членом семьи в контексте жилищного законодательства (что для сожителей характерно — они признаются членами семьи собственника только при вселении в качестве таковых и ведении общего хозяйства, но не автоматически).
В договоре ипотеки содержится разрешение на проживание с несовершеннолетними детьми, однако это условие касается возможности нахождения ребенка в квартире, но не устанавливает права сожительницы на постоянное проживание. Оно может быть истолковано как согласие банка на то, что ребенок будет жить с отцом-должником, но не обязывает собственника терпеть проживание матери ребенка.
Таким образом, правовая квалификация спора: это требование собственника (истца) о прекращении права пользования жилым помещением лицом, не являющимся членом его семьи, и о выселении ответчика (сожительницы) без предоставления другого жилья. Основание — реализация собственником своего права владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом свободно. Отсутствие родственных (супружеских) связей и алиментных обязательств между сторонами, а также признаков того, что сожительница была вселена как член семьи (ведение общего хозяйства с собственником не оспорено, но в условиях конфликта это может трактоваться как утрата семейных отношений), — являются решающими. Юридически значимо также, что регистрация ответчика не основана на законе (договор, завещание, алиментное соглашение), который бы давал ей право пользования после прекращения отношений с собственником. Наличие ребенка — это фактор, который суд обязан учесть с точки зрения его интересов (например, жилищных прав ребенка, который проживает с отцом, а не с матерью — мать может требовать общения с ребенком, но не обязательного проживания в помещении отца).
