Фактически, стандартный путь обжалования исчерпан. Однако у кредитора остаётся возможность пересмотра дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в силу ст. 311 АПК РФ. Это единственный процессуальный механизм, не заблокированный отказом СКЭС и Президиума ВС РФ.
Вновь открывшимися обстоятельствами являются: 1) существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; 2) установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания...
— Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 311
Кредитору следует оценить, не появились ли обстоятельства, которые существовали на момент принятия судебного акта, но не были и не могли быть ему известны. Например, если должник скрыл какое-либо имущество или совершил незаконные действия, которые стали известны после завершения банкротства, это может стать основанием для пересмотра. Применительно к банкротству граждан специальная норма — ст. 213.29 Закона о банкротстве — даёт кредитору право требовать пересмотра определения о завершении реализации имущества и обращать взыскание на сокрытое имущество, если такое выявится.
В случае выявления фактов сокрытия гражданином имущества или незаконной передачи гражданином имущества третьим лицам конкурсные кредиторы или уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены в ходе реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения о завершении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина и предъявить требование об обращении взыскания на указанное имущество.
— Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 213.29
Таким образом, вместо повторного обжалования того же решения, нужно сосредоточиться на поиске новых фактов недобросовестности должника, которые не были раскрыты в ходе дела.
Теперь по вопросу о помощи Следственного комитета. Для возбуждения уголовного дела по факту действий самого должника в банкротстве нужно понять, подпадают ли его действия под составы преступлений, связанные с банкротством. Если должник совершал действия, заведомо влекущие неспособность удовлетворить требования кредиторов, речь может идти о преднамеренном банкротстве (ст. 196 УК РФ).
Преднамеренное банкротство, то есть совершение действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб...
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 196
Если же должник скрывал имущество или уничтожал документы в преддверии банкротства, это уже может квалифицироваться по ст. 195 УК РФ как неправомерные действия при банкротстве. Эти составы напрямую относятся к фактам, которые вы описываете как «недобросовестное поведение должника». Обращение в Следственный комитет с заявлением о проверке наличия признаков этих преступлений — законный путь. Однако Следственный комитет не пересматривает судебные акты и не даёт правовую оценку решениям судов — он лишь устанавливает, было ли совершено преступление. Если приговор по ст. 195 или 196 УК РФ будет вынесен, он может стать основанием для пересмотра дела о банкротстве по вновь открывшимся обстоятельствам (упомянутая выше ст. 311 АПК РФ).
Что касается возможных неправомерных действий самих судей, здесь крайне высокий порог. Ст. 305 УК РФ (вынесение заведомо неправосудного судебного акта) требует доказать, что судья действовал умышленно, а не просто ошибся в толковании права.
Вынесение судьей (судьями) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта...
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 305
Тот факт, что по аналогичным делам была иная практика (долг не списывали), сам по себе не указывает на умысел судьи. Российская правовая система не является прецедентной, и наличие иной судебной практики не обязывает судью выносить конкретное решение. Ссылки на двойные стандарты — это скорее вопрос правовой аргументации, а не уголовно-правовой. Обращение в Следственный комитет с жалобой на судью по ст. 305 УК РФ практически наверняка будет безрезультатным без явных доказательств корыстной или иной личной заинтересованности судьи.
Относительно аналогичной практики: в контексте предоставленных норм нет статьи, прямо закрепляющей прецедент как источник права. Конституция РФ и общепризнанные принципы правовой определённости и равенства перед законом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ) — это более высокий уровень, но в предоставленном блоке НПА их нет, и выходить за его пределы при цитировании нельзя. Поэтому кратко: аналогичная практика не обязательна для судьи, если он мотивирует своё решение иными нормами или иной оценкой доказательств. Ваш аргумент о «двойных стандартах» может быть убедительным для суда надзорной инстанции, но ВС РФ уже не увидел оснований для вмешательства. Следственный комитет, Генпрокуратура и омбудсмен не наделены полномочиями отменять судебные акты — они лишь могут инициировать пересмотр, но не обязаны этого делать при отсутствии явных процессуальных нарушений.