Пользователь описывает ситуацию, которая началась около трёх лет назад: она, будучи пенсионеркой, перевела неизвестно кому (на неясную в настоящее время торговую/инвестиционную платформу, предположительно «Вернес») некую сумму денег. Целью перевода было получение дохода (заработка). После внесения средств платформа искусственно показывала «прибыль» и настойчиво требовала дополнительных вложений (в том числе с призывом взять кредит). Когда пользователь отказалась от дальнейших вложений, её доступ к счёту на платформе был заблокирован.
С юридической точки зрения, эти исходные действия (три года назад) с высокой долей вероятности представляли собой участие пользователя в деятельности, организованной с признаками финансовой пирамиды или иной мошеннической схемы, направленной на завладение её деньгами путём обмана. Правоотношения, которые тогда возникли, — это фактически отношения по неосновательному обогащению со стороны неустановленных лиц, а также потенциально — приготовление к совершению преступления против собственности.
Через длительное время (около 10 дней назад) с пользователем связался некий мужчина («Евгений»), который представился (предположительно) сотрудником платформы или лицами, её контролирующими. Он сообщил, что аккаунт пользователя якобы разблокирован и на нём числится «накопленная прибыль» в размере 500 долларов США. Для «вывода» этих средств он запрашивал у пользователя:
- Номер её банковской карты.
- Доступ к её онлайн-банку (логин/пароль).
- Впоследствии — отправить SMS с номером карты.
Пользователь прервала контакт, отключив телефон и интернет, и с тех пор не вступает в диалог. «Евгений» продолжает настойчиво звонить с разных номеров, требуя возобновить контакт.
Юридическая квалификация текущей ситуации критична. Настойчивые звонки с разных номеров, запрос реквизитов банковской карты и, тем более, данных для входа в онлайн-банк (логин и пароль) являются прямыми признаками совершения действий, направленных на несанкционированный доступ к банковскому счёту (хищение денежных средств с использованием электронных средств платежа). Сообщение о «прибыли» и «разблокировке» счёта является типичным методом социальной инженерии: используется психологическое давление (предложение «вернуть» деньги, которые пользователь считала потерянными) для того, чтобы побудить её добровольно передать данные, необходимые для кражи.
Юридически значимым является следующее:
- Получение от пользователя номера её банковской карты даёт злоумышленникам возможность совершать операции по её счету, в том числе списание денежных средств.
- Получение доступа к онлайн-банку (логин и пароль) даёт полный контроль над счётом: возможность переводить деньги, оформлять кредиты, менять контактные данные.
В данном случае затронуты правоотношения, связанные с защитой имущественных прав потребителя (пользователя) от хищения, а также с защитой её персональных данных (данные банковской карты, паспортные данные (если передавались), сведения о финансовом положении). Пользователь, являясь пенсионером, находится в уязвимом положении, что является отягчающим обстоятельством для квалификации действий третьих лиц.
Действия пользователя (направление скриншотов в службу безопасности Сбербанка и полное прерывание контакта) являются правильными, но юридически неполными. Они позволяют банку оперативно заблокировать возможные мошеннические действия, но не обеспечивают пресечение дальнейших звонков и привлечение злоумышленников к ответственности. Сама платформа «Вернес» и звонящий «Евгений», скорее всего, не имеют никакого отношения к реальным деньгам пользователя (которые уже утрачены три года назад) — их цель исключительно получить доступ к её текущему банковскому счёту.
Разбирая действия звонившего, в первую очередь следует обратиться к составу мошенничества. Поведение Евгения, который под видом разблокировки счетов и вывода прибыли с платформы «Вернес» запрашивает номер банковской карты и доступ к онлайн-банку, полностью охватывается признаками хищения путём обмана. Даже если пенсионерка не передала данные, эти действия образуют покушение на преступление, так как злоумышленник уже совершил обман — сообщил ложные сведения о наличии средств и необходимости их вывода. Согласно норме, мошенничеством признаётся хищение чужого имущества или приобретение права на него путём обмана или злоупотребления доверием; здесь налицо обман относительно реального существования долларового накопления.
- Мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, - наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.
— Уголовный кодекс Российской Федерации, ст. 159
Действия самой платформы «Вернес» три года назад — показ прибыли, требование новых вложений, блокировка после отказа — также содержат признаки мошенничества, совершённого в отношении пенсионерки. Однако срок давности привлечения к ответственности по ч. 1 ст. 159 УК РФ составляет два года (ст. 78 УК РФ — не приведена в контексте, но это общеизвестное положение), поэтому данное деяние уже не может быть уголовно наказуемым. Тем не менее, текущие звонки являются новым эпизодом, который только начался десять дней назад, и по нему срок давности не истёк.
Далее, оценивая поведение звонившего и платформы с точки зрения гражданско-правовой добросовестности, следует применить общий принцип запрета злоупотребления правом. Платформа «Вернес», показывая ложную прибыль и затем блокируя доступ, действовала заведомо недобросовестно. То же самое относится к Евгению, который, используя доверие пенсионерки, требует её персональные данные и доступ к счетам. Эти действия квалифицируются как злоупотребление правом, поскольку осуществляются исключительно с намерением причинить вред (лишить её денег) и в обход закона. Хотя добросовестность участников предполагается, в данном случае совокупность обстоятельств (сомнительная платформа, внезапный звонок через три года, настойчивые требования) опровергает эту презумпцию.
- Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 5. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
— Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 10
Теперь перейдём к процессуальным механизмам защиты. Пенсионерка уже направила скрины в службу безопасности Сбербанка – это правильный шаг, но банк не является органом, уполномоченным возбуждать уголовные дела. Для привлечения мошенников к ответственности необходимо обратиться с заявлением о преступлении в полицию. В соответствии с нормой, такое заявление может быть подано в устной или письменной форме. Учитывая, что пенсионерка не может лично присутствовать (боится, пожилая), она вправе направить письменное заявление по почте или через интернет-приёмную МВД. Важно, чтобы заявление было собственноручно подписано. Если она обратится устно, сотрудник полиции обязан составить протокол.
Статья 141. Заявление о преступлении
- Заявление о преступлении может быть сделано в устном или письменном виде.
- Письменное заявление о преступлении должно быть подписано заявителем.
- Устное заявление о преступлении заносится в протокол, который подписывается заявителем и лицом, принявшим данное заявление. Протокол должен содержать данные о заявителе, а также о документах, удостоверяющих личность заявителя.
— Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 141
Получив заявление, дознаватель или следователь обязаны его принять, проверить и в срок не позднее 3 суток принять одно из трёх решений: возбудить уголовное дело, отказать в возбуждении или передать по подследственности. Пенсионерке следует знать, что этот срок может быть продлён до 10, а в исключительных случаях до 30 суток (ч. 3 ст. 144 УПК РФ – не приведена в контексте, но вытекает из смысла). Поскольку действия Евгения явно содержат признаки мошенничества, основания для возбуждения дела имеются. Если будет принято решение об отказе, пенсионерка вправе его обжаловать вышестоящему руководителю или в прокуратуру.
Статья 144. Порядок рассмотрения сообщения о преступлении
- Дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения.
— Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 144
При этом пенсионерка должна понимать, что по результатам рассмотрения её заявления ей обязаны сообщить о принятом решении и разъяснить право на обжалование. Поэтому ей нужно обязательно оставить контактные данные (адрес, телефон) и периодически проверять статус — можно позвонить в дежурную часть того отдела полиции, куда подано заявление.
Статья 145. Решения, принимаемые по результатам рассмотрения сообщения о преступлении
- По результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа принимает одно из следующих решений:
- о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном статьей 146 настоящего Кодекса;
- об отказе в возбуждении уголовного дела;
- о передаче сообщения по подследственности в соответствии со статьей 151 настоящего Кодекса, а по уголовным делам частного обвинения - в суд в соответствии с частью второй статьи 20 настоящего Кодекса.
- О принятом решении сообщается заявителю. При этом заявителю разъясняются его право обжаловать данное решение и порядок обжалования.
— Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, ст. 145
Касательно вопроса о возможной ответственности пенсионерки за попытку обналичить средства, полученные от незаконной деятельности платформы «Вернес». В данном контексте необходимой нормы (например, ст. 174 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств») нет. Поэтому следует руководствоваться общими принципами. Если пенсионерка добросовестно полагала, что 500 долларов — это её законная прибыль от инвестиций, и она не знала о преступном происхождении этих средств, то состав преступления отсутствует. Кроме того, она не совершила никаких действий по фактическому получению денег — не предоставила номер карты и доступ к банку. Намерение вывести средства, если оно не реализовано и не было направлено на сокрытие преступного характера доходов, не наказуемо. Аналогично, если бы она получила деньги и использовала их, но не знала об их незаконном характере, её действия не образовывали бы состава легализации. Поскольку нормы в контексте отсутствуют, полный анализ этого аспекта требует обращения к ст. 174 УК РФ, которая устанавливает ответственность за легализацию только при условии заведомой осведомлённости о преступном происхождении средств. В рассматриваемой ситуации такая осведомлённость отсутствует.
Что касается защиты прав потребителя финансовых услуг. В контексте не представлены нормы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (о праве на информацию, о возврате денег за неоказанные услуги, о запрете навязывания дополнительных услуг). Однако общие положения о недопустимости злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ) применяются к отношениям с платформой, как разобрано выше. Для более конкретной защиты пенсионерке следует дополнительно обратиться к специальным положениям Закона о защите прав потребителей, в частности, к ст. 8 (право на информацию), ст. 16 (недействительность условий, ущемляющих права), ст. 28-31 (последствия нарушения сроков). Поскольку эти нормы отсутствуют в предоставленном контексте, они не могут быть здесь процитированы, но их применение возможно при подаче жалобы в Роспотребнадзор или искового заявления в суд.
