Анализ ситуации сводится к следующему: пользователь, сделавший осознанное заявление об игровой зависимости, обратился к букмекерской конторе с требованием заблокировать его игровой аккаунт. Оператор конторы, несмотря на прямое указание на зависимость и необходимость самоограничения доступа, отказал в блокировке, мотивировав это наличием незавершенных финансовых операций (активных заявок на вывод средств). После этого отказа пользователь продолжил совершать ставки и понес убытки (проиграл деньги).
Ключевые правоотношения, затронутые в данной ситуации: отношения между потребителем (физическим лицом, заключающим пари) и букмекерской конторой (организатором азартных игр). Эти отношения регулируются специальным законодательством об азартных играх (Федеральный закон № 244-ФЗ) и, в части, не урегулированной специальными нормами, — общими положениями гражданского законодательства и законодательства о защите прав потребителей.
Юридически значимыми являются следующие обстоятельства: факт обращения пользователя к оператору с заявлением о самоограничении доступа к играм (блокировке аккаунта) по причине игровой зависимости; дата и время этого обращения; факт отказа букмекерской конторы в выполнении требования о блокировке; факт продолжения пользователем игры (совершения ставок) после отказа конторы; убытки пользователя в виде проигранных после этого обращения денежных средств; игнорирование конторой указанных пользователем даты и времени желаемой блокировки.
По существу, возникла коллизия: с одной стороны, пользователь как потребитель услуги, действуя в своих интересах, добровольно инициировал процедуру самоограничения. С другой стороны, букмекерская контора, имея техническую и правовую возможность эту блокировку произвести, отказалась от ее немедленного выполнения, сославшись на внутренние регламенты (заявки на вывод). Эти действия конторы привели к тому, что пользователь, не получив защиты от своей зависимости, снова начал играть и проиграл деньги. Правовое значение имеет то, что сам факт последующего совершения ставок пользователем не отменяет его предыдущего волеизъявления о блокировке и не снимает с конторы ответственности за неисполнение этого законного требования.
При разрешении спора о возврате проигранных средств после отказа в блокировке аккаунта по причине игровой зависимости ключевое значение имеет вопрос о наличии у букмекерской конторы (БК) соответствующей обязанности перед клиентом. Поскольку в представленном контексте отсутствуют прямые нормы Федерального закона № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр…», а также Закона РФ «О защите прав потребителей», необходимо исходить из общих положений Гражданского кодекса РФ. При этом следует кратко указать, что обязанность организатора азартных игр по самоограничению доступа по требованию игрока с зависимостью может быть установлена в правилах букмекерской конторы (как часть публичного договора) либо вытекать из ст. 9 Федерального закона № 244-ФЗ, где предусмотрена возможность установления требований к организатору по идентификации игроков и противодействию лудомании. В отсутствие в контексте этих норм, основное внимание уделяется нормам ГК РФ об убытках, которые применимы, если будет доказано нарушение обязательства.
Согласно ст. 393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. В данной ситуации клиент обратился к оператору БК с требованием заблокировать аккаунт в порядке самоограничения, что можно рассматривать как заявление о реализации права, предусмотренного договором (публичной офертой) или законом. Отказ оператора по мотиву наличия активных заявок на вывод средств при условии, что клиент настаивал на блокировке, приоритетно расценивается как ненадлежащее исполнение обязательства, если такая обязанность действительно существовала. Следовательно, средства, проигранные после неправомерного отказа, являются реальным ущербом клиента, понесённым вследствие бездействия БК. Размер убытков определяется как сумма проигранных ставок, совершённых после даты и времени, когда блокировка должна была быть произведена по требованию клиента.
«1. Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. ... 2. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.»
— Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая), ст. 393
Далее, ст. 15 ГК РФ раскрывает понятие убытков, которое необходимо применить к последствиям отказа в блокировке. Клиент лишился части имущества (денежные средства на счете), которые были проиграны в отсутствие блокировки. Если бы обязательство по блокировке было исполнено своевременно, он бы не имел возможности совершать эти ставки и, соответственно, не понёс бы потери. Следовательно, проигранная сумма квалифицируется как реальный ущерб (утрата имущества). При этом не нужно доказывать упущенную выгоду, так как требование состоит именно в возврате уже имевшихся денег, которые клиент потерял из-за противоправного бездействия БК.
«1. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 2. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).»
— Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая), ст. 15
Дополнительно, если рассматривать ситуацию в плоскости деликтной ответственности, ст. 1064 ГК РФ устанавливает общее правило возмещения вреда, причинённого личности или имуществу гражданина. Применительно к данной ситуации, действиями (бездействием) БК причинён имущественный вред клиенту — утрата денежных средств, проигранных после необоснованного отказа в блокировке. Вина БК усматривается в том, что оператор, зная о заявлении клиента о зависимости и желании самоограничиться, не принял мер к блокировке, сославшись на формальный повод (активные заявки на вывод), который не должен препятствовать исполнению законного требования. БК не освобождается от ответственности, так как не доказано, что вред причинён не по её вине — напротив, она имела возможность заблокировать аккаунт, но не сделала этого.
«1. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 2. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.»
— Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая), ст. 1064
Таким образом, нормы ГК РФ о возмещении убытков (ст. 15, 393) и о деликтной ответственности (ст. 1064) образуют правовое основание для требования возврата средств, проигранных после отказа в блокировке, при условии доказанности факта обращения с требованием о блокировке и наличия у БК соответствующей обязанности. При этом для точного установления обязанности БК по самоограничению доступа следует обратиться к специальным нормам Федерального закона № 244-ФЗ (в частности, к ст. 6.1, регулирующей требования к организатору азартных игр по противодействию лудомании и порядку самоограничения) и к правилам самой букмекерской конторы, которые не приведены в контексте, но должны быть исследованы в рамках доказывания обязательства.
