Каковы действия суда апелляционной инстанции при принятии судом позиции конституционного суда к малолетнему ребенку. Что общего? В чем различие?
Ответчик в апелляционной жалобе утверждает, что вынесении решения судом первой инстанции о размере компенсации, суд формально приравнял вред к тяжкому, поскольку считает что расстройство было неглубоким, кратковременным и прошло самопроизвольно. Как следует из материалов гражданского дела: в законную силу вступил приговор, в котором установлено, что ответчик совершил в отношении малолетнего жестокое обращение, соединённое с физическим и психическим насилием (статья 156 УК РФ и части 2 статьи 118 УК РФ), что повлекло за собой причинение тяжкого вреда здоровью в виде психического расстройства – «Фобического тревожного расстройства в детском возрасте» (F93.1). Педагог на протяжении всего учебного года к малолетнему ученику применяла унижение, высмеивала, упрекала, насмехалась и оскорбляла, а также применяла публично, несколько раз в течение года наносила удары в область лица. В материалах дела имеются независимые, экспертные заключения, одно из них заключение ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского»), другое судебно-медицинская экспертиза, которое установила тяжкий вред здоровью, что указанное психическое расстройство находится в прямой причинно-следственной связи с совершенными в отношении него противоправными действиями. Психическое расстройство, связанное с действием психогенного фактора внешней среды, в результате чего малолетнему был причинен тяжкий вред здоровью согласно п. 6.8 приложения к Приказу МЗиСР РФ № 194н от 24.04.2008 г. Ответчик считает, что тяжкий вред здоровью формально приравнен к тяжкому, расстройство было неглубоким, кратковременным и прошёл самопроизвольно. Однако, судя по материалам дела фактический период расстройства составил более 20 месяцев (в малолетнем возрасте 6-7 лет). Ответчик также указывает, что потерпевший не находился на стационарном лечении ни на амбулаторном лечении, медикаментозное лечение или иную терапию не получал, за медицинской помощью к психиатру не обращался, не состоял на учёте у врача-психиатра, реабилитацию не проходил, стойкие и обострющиеся болезненные проявления вызванные расстройством не повлияло, на социальное благополучие малолетнего ребенка расстройство не повлияло, и на интеллектуальный уровень,. поскольку ребенок обучается в общеобразовательной школе и на этом основании делает вывод о «незначительности» причинённого вреда. В материалах дела допрошенный эксперт-психиатр разъяснил: «Нивелировка симптомов не отменяет факта наличия расстройства в прошлом и перенесённых страданий». Родители, действуя добросовестно, обеспечили ребёнку щадящую психологическую коррекцию (занятия с психологом), что способствовало положительной динамике. Ответчик приводит в обоснование Постановление Конституционного суда РФ №1-П от 11.01.2024, в котором указанные критерии не конкретизируют ни характер, ни длительность расстройства, ни объем его фактического влияния на психическое здоровье. Может ли ответчик ссылаться на Постановление КС РФ № 1-П, которое было принято по жалобе гражданина Б., в деле которого вред был квалифицирован как средней тяжести, и потерпевший добивался признания его тяжким. В настоящем деле вред здоровью малолетнему ребенку уже квалифицирован как тяжкий вступившим в законную силу приговором суда. Какие правовые действия суда апелляционной инстанции в данном случае при разрешении довода ответчика. Какие действия истца для опровержения данного довода, что конкретно нужно заявлять в суде и отразить в возражениях. Законно ли будет в случае принятия позиции конституционного суда применительно к малолетнему ребенку.
